Тараканы выпадают из ушей

– А у Ромашки нет никаких секций? – спросила Лиза, надеясь на чудо.

– Как раз шахматист заболел. А не могу же я ребёнка одного оставить.

– Хорошо, мам, – девушка глубоко вдохнула.

– Не вздыхай мне тут, Лизонька, он же твой младших брат.

– Я просто грею руки, – придумала оправдание она.

– Я тебе, дурынде, сколько раз говорила носить перчатки.

– Да, мам, – нужно было срочно заканчивать разговор, – увидимся завтра, люблю.

Она положила трубку и с силой смяла банку энергетика.

Теперь вся рука и одежда была мокрой и липкой, ещё и мёрзнуть начала. Лиза стиснула зубы и ускорила шаг. Свободный час между учебой и работой улетел в трубу.

Лиза снова не могла уснуть. Тело было ватным, невозможно было ни на чем сконцентрироваться. Перед глазами плыло, пока она отмывала кастрюлю, которая, казалось, пропиталась жиром. Но и это было не всё. Помыть полы, посуду, постирать, оттереть, просушить и ещё много чего, на что хозяйка квартиры точно обратит внимание.

– Ладно, я уже не вывожу, – сказала себе девушка, садясь на стул на кухне. Время доходило до пяти утра, а ещё половина работы была не выполнена. На учёбу к первой паре. На уборку осталось два часа, – посуда помыта, полы вымыла, стирка заряжена…

Перечисление сделанных дел стало лучшей колыбельной и Лиза провалилась в сон прямо за столом.

Сумбурный сон про уборку и пролитый энергетик закончился громким звоном. Названивал будильник. На часах полдесятого. Несколько сообщений от одногруппниц об отмене последней пары.

Смело можно продолжить спать.

Лиза проснулась от звонка матери. Подскочила и судорожно засобиралась за братом, но часы показывали десять утра. Она быстро прикинула, что страшнее: придирчивая хозяйка или бесцеремонно опекающая мать. Рассчитала время на уборку в ближайшее дни и поняла, что первая всё же опасней. А за пропущенный звонок можно оправдаться учёбой.

Девушка проверила все закрома своих однокомнатных хором на предмет пыли и беспорядка.

Здраво рассудив, что куча вещей, закрытая дверцей шкафа не попадётся на глаза хозяйке легла на диван. Клонило в сон, но Лиза первым делом написала брату.

Дурацкую фотку сопровождало имя «Пиздюк». Главное, чтобы мама не узнала, а то опять заведёт речь о проблемах с сердцем, которых у неё точно не было: Лиза сама водила её к врачу. Конечно, ведь женщина, которой шестой десяток пошёл, не могла сходить одна.