Малодушие

«Черт, что я несу?»

Этот парень посмотрел на меня, я тоже. Но он не отводил взгляд.

Да, Антон влюбился тогда страстно в Олю какую-то; мы сначала еще не знали, что это их груши мы тырим. Только потом, когда…

«Может это – Эдик Старостин?..» – пришло мне в голову и вдруг мне ужасно захотелось, чтобы это было так. Как же он там? Вообразить только! у него вся жизнь прошла, он все это время жил. Но… – мне невероятно интересно знать: как? Только раз, в далеких детствах наших, мы пересеклись на своем пути, – и теперь мы уже совершенно не те, что были… Но есть же у нас воспоминание!.

Но он просто прошел мимо.

? Кстати, я ее искал недавно. Нашел вконтакте ее и написал.

? Ого, и как?

? Притворился, что я друг какой-то ее из детства. Наговорил всякого бреда и в итоге она даже поверила; говорит даже помнит кое-что.

Я засмеялся.

? А сейчас что? – спрашиваю.

? Предложила потом встретиться; говорила, что в центр часто ходит и прочее. – он остановился на секунду. – Потом, через какое-то время и фотку попросила скинуть…

? Ии-и?…

? Я скинул ей Ерофеева! – взорвался он хохотом.

? Что-о?! – кричал я, смеясь. – Ну ты даешь!.. Вот же гад!

? Да-а… Она заблокировала меня…

? Серьезно?!.

? Да!..

Мы смеялись, долго, и было это хорошо. И чего же я ругал его про себя? Друг мой! В детстве, когда я спал на втором этаже кровати своей, на стене прямо передо мной была выбоинка – даже несколько выбоин, маленьких, – и, засыпая, я долго тер в них пальцем, кругами, тер–тер, снова и снова, с усердием, и впадины становились глубже, с каждой ночью все глубже и глубже… И об этом зналтолько он– Антон, друг мой!.

Ну… так и что же? Вспоминал ли обо мне, о нас, о тех днях, наш Эдик? Может, и действительно это был он, и, проходя мимо, он думал ровно то же, что и я? Точно то же самое!.. Может быть мне стоит все же подбежать к нему и спросить у него, а?!

Наконец, мы пришли в лес.