Гори

Каждый раз все то же самое и одновременно совсем другое.

Я посмотрела на него, широко распахнув глаза. Как точно он определил мои чувства, как правильно он это озвучил. В это время Ваня и не думал останавливаться снимать. Я опустила глаза, смущаясь от его взгляда даже сквозь объектив.

– Я ненавижу переезды. Если бы я могла выбирать, то всегда жила в каком-то одном месте.

– И какой это был бы город?

– Мне очень понравилось в Петербурге. Хотя я и не люблю холод и дождь, но мы прожили там дольше, чем где-либо еще.

И там остались мои друзья, – я непроизвольно вздохнула.

– И твой парень? – Ваня сделал еще пару кадров, снимая мое замешательство, возникшее от его вопроса.

– У меня нет парня.

Он кинул на меня задумчивый взгляд из под своих длинных ресниц, но ничего не сказал. Как жаль, что я совсем не разбираюсь в оттенках эмоций на лицах людей, кроме, пожалуй, самых явных. Я заправила за ухо выбившуюся из хвоста прядь волос.

– По-моему, достаточно отсняли, – сказал Ваня, снимая фотоаппарат со штатива.

 – Скоро звонок на урок. Нужно поспешить.

Я встала со стула, в то время как Ваня гасил свет. Между нами возникло такое чувство неловкости, когда любая фраза, сказанная в попытке сгладить его, приводит к обратному результату.

– Можно посмотреть, что получилось? – наконец, спросила я, устав разглядывать свои руки.

– Да, конечно.

Ваня подошел ко мне ближе, настраивая фотоаппарат для просмотра. На маленьком экране камеры было трудно разглядеть все в деталях.

Но Ваня успел поймать меня разной. Вот я в замешательстве закусила губу и смотрю вниз; вот я меланхоличная, с глазами, полными скорби, вот я мечтательная, наверное, вспоминаю о чем-то хорошем; вот я смотрю на него, определенно точно именно на него, изо всех сил пытаясь понять, что же в нем меня так притягивает. Потому что уже давно меня ничего не притягивало в парнях. Иначе я не могла объяснить, как смогла быть в одной комнате с Ваней, да еще и дать себя сфотографировать.

– Неплохо получилось, – прошептала я.

– На большом экране будет смотреться намного лучше. – Голос Вани был тоже снижен на несколько тонов.

Мы стояли совсем рядом друг с другом, случайно соприкасаясь пальцами рук. Я чувствовала его дыхание на своей коже, и казалось, он мог услышать оглушительно громкий стук моего сердца. И в этой совсем маленькой и полутемной комнате мы смотрели друг на друга так, как будто впервые поняли, что мы здесь одни.

– Пора идти на урок.