Вздор

Он живет в отеле «Олимпия», в этом отеле с квартирами, что находится на Бродвее, вблизи Семьдесят второй. Теперь вы в курсе дела. Мой план состоит в том, чтобы зайти завтра утром к Бинго и принять его приглашение отправиться в Доббс-Ферри. У него никогда не бывает никаких дел, так что, без всякого сомнения, он выразит готовность отправиться вместе со мной в их имение и…

– И затем дальнейшее мы предоставим естественному ходу событий, – сказал я. – Прекрасно. Это мне нравится.

– Я попросил бы вас сделать мне одно одолжение, – заметил он.

– Хорошо, Майкл, заявил я. – Если это не особенно сложно, – я сделаю.

– Мне хотелось бы, чтобы вы сами стояли в стороне от всей интриги, – сказал он. – Быть может, я неправ, но у меня такое впечатление, что вы готовы вмешиваться в работу над каждой страницей и препятствовать естественному течению событий… Этого не должно быть. Помните изречение Флобера?

– Нет, не помню изречения Флобера, – отвечал я, слегка пристыженный своим невежеством. – Видите ли, я не настоящий литератор.

– Ну, это не важно, – сказал он. – Изречение Флобера гласит: «L’artiste ne doit pas plus appara?tre dans son oeuvre que le dieu dans la nature».

– Но бог всюду проявляется в природе! – воскликнул я.

– Да, я знаю это, – согласился он, – но бог все-таки не вмешивается все время в людские дела. И вы не создадите романа, если будете издеваться над вашими героями. Вспомните этого несчастного капитана из клуба.

– Прекрасно, – согласился я. Я буду от всего этого держаться в стороне.

Глава шестая

Сказочный людоед

1

Когда Майкл позвонил, дверь квартиры на третьем этаже «Олимпии» чуть-чуть приоткрылась, и глаз, черный, как смоль, глаз, не связанный, по-видимому, с человеческим телом, показался на мгновение в щели. Майкл хотел заговорить, как вдруг бестелесный глаз исчез, и дверь захлопнулась.

– Клянусь честью, – пробормотал Майкл, – это что-то вроде фильма «Приключения Полины!» Теперь только и жди, что откроется трап у меня под ногами.

Он окинул взглядом обширный роскошный холл с его золотисто-голубым ковром и жесткими канапе, обитыми парчой, и стал соображать, что лучше – сесть и подождать или опять сделать попытку позвонить. Пока он пребывал в нерешительности, дверь опять чуть-чуть приотворилась, и теперь в поле зрения Майкла появился веселый голубой глаз. Мгновение спустя сам Майкл находился уже по ту сторону двери, чувствуя в своих плечах боль от страшного приветственного удара по спине.