Золотые дети. Борьба

Трэвор сжал челюсти, дернув желваками.

– Но, он не говорил, что настолько далеко.

– Прости, – он снова шагнул ко мне. Его пальцы сжимались и разжимались в кулаки. – Прости меня, пожалуйста.

– Зачем ты мне это сказал? – я сузила глаза. – Боишься, что она захочет вернуть тебя?

– Чтобы она не сделала, я не буду с ней. – Он положил свои ладони мне на плечи и мягко сжал.

– Трэвор…

– … Кристалл…

– … нет, послушай. Я не говорю, что она – выход. – Боже, что я говорю? Я вовсе не хочу давать Трэвору свободу.

Я не хочу видеть его с другими девушками. Я – хочу быть этой девушкой. – Рано или поздно, но ты захочешь…

– … тебя. Я буду хотеть только тебя. – Трэвор обхватил мою голову руками, наклонившись ко мне. Наши носы едва касались друг друга, и я с трепетом, впитывала его теплое дыхание, щекочущее мое лицо. – Я и сейчас… хочу тебя.

Я с трудом сглотнула, подавив в себе желание, избавится от Шило и реализовать его слова, прямо на бетонном полу. Черт бы побрала свое либидо! Черт бы побрала, свое безумие!

– Я тоже.

 – Я положила свои ладони ему на грудь, ощутив, как напряглись его мышцы. – Но, я боюсь сделать тебе больно.

– Мы не знаем. Может, ничего не случится. Нам… нам, стоит попробовать.

Я встретилась с его темным взглядом. В них плескалась надежда и желание.

О, Боже… у меня свело желудок от похоти.

– Но, если…

– … я успокою тебя.

Внушение. Неплохой способ, чтобы побороть безумие.

Я кивнула и когда он отошел на шаг назад, повесила сумку на перила и подхватила полы кофты, все еще медля… черт, черт, черт… как бы я хотела надеяться, что все получится.

Я так… соскучилась по нему.

Стянув с себя кофту, я повесила ее туда же, где и сумку. Трэвор шумно втянул носом воздух, раскрыв губы. Его взгляд пожирал меня, так что я чувствовала его своей кожей.

– Шило. Иди, отдохни.

Змеюка недовольно зашипела, но все же задвигалась вниз, ослабляя хватку на моей руке.

Это будет… непривычно. Раньше, я ужасалась тому, что Трэвор примял меня к полу, и целовал… ну, пытался целовать.

Тогда, мои мысли были в шоке, что меня могут лишить невинности на пожарной лестнице. А сейчас… о, да, неужели, я хочу сделать это здесь?

Трэвор подошел ко мне, робко касаясь моих обнаженных плеч и ведя пальцы к груди.

Его взгляд не отрывался за ходом.

– Ты в порядке?

Я прислушалась к ощущениям.

– Пока, да.

А потом, он обхватил мое лицо ладонями и поцеловал. Я со стоном, приняла его голодные губы и прохладу сережки в языке.