Энеида

И прежде чем сказал он слово,

Она вскричала: «Будь здорова

Твоя, дружище, голова!»

В ту же секунду подбежала,

Нептуна в губы целовала,

Крича такие вот слова:

«Коль ты, Нептун, мне вправду дядя,

А я племянница тебе,

Тогда, на наши связи глядя,

«Спасибо» заслужи себе.

Давай-ка, помоги Энею,

Чтоб он с ватагою своею

Счастливо ездил по воде:

Его и так перепугали,

Насилу бабки отшептали,

Попался в зубы он беде».

Нептун, моргнувши, засмеялся,

Присесть Венеру попросил,

После лобзанья облизался,

Рюмашку водочки налил.

Затем, Венеру угощая,

Ей помощь в деле обещая,

За дело принялся и сам.

Ветра как надо дуть заставил,

Эней же паруса поставил,

Стрелою мчался по волнам.

А кормчий их наиглавнейший

С Энеем ездил всякий раз.

Ему слуга был найвернейший-

И звали все его Тарас.

Он, сидя на корме, качался,

По самое нельзя нажрался,

Когда прощались вечерком.

Эней его убрать решился,

Чтоб тот в пучину не свалился,

И где-то подремал тайком.

Но, видно, этому Тарасу

Написано так на роду,

Чтоб он до нынешнего часу

Терпел несчастья и беду.

Он, раскачавшись, грянул в воду,

Нырнул, и – не спросившись броду,

Вдруг начал пузыри пускать.

Эней покуда спохватился

Да за багор пока схватился —

Беднягу не смогли достать.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

Эней-троянец, пострадавши,

Добром Тараса помянул,

Поплакавши и порыдавши,

Немного водочки хлебнул;

Но все-таки его мутило

И вокруг сердца закрутило:

Бедняжка часто все вздыхал,

Он моря так уже боялся,

Что на богов не полагался

И батюшке не доверял.

А ветры знай себе трубили

В зады Энеевым челнам,

Те изо всей летели силы

По черным пенистым волнам.

Гребцы и весла отложили

И, сидя, трубочки курили

Или болтали о судьбе.

Никто не знал, что дальше будет,

Кто в этой жизни что добудет,

И каждый думал о себе.

Потом о Волге распевали,

Про Разина и Ермака,

Как под Царьградом воевали:

Грести не надобно пока.

Не так то деется всё скоро,

Как говорится в сказках нам.

Эней наш плыл, хотя и споро,

Да все ж болтался по волнам.