Золотые дети. Неприкасаемая.

Если потребуется, я привяжу тебя к кровати.

Я рассмеялась.

– А я, как положено ящерице, отброшу хвост и убегу.

– Прекрасно, – прорычал Трэвор, опустив брови. – Если с тобой что-то случится, не рассчитывай на мою помощь.

Ах, а теперь, он меня запугивает? Ну-ну, Трэвор Блэк. Знаю я твою черствость, как пять пальцев. Сразу же прибежишь, стоит меня закричать.

– Договорились. – Я улыбнулась, натягивая водолазку.

Он смерил меня угрюмым взглядом.

– Парни, оставьте нас.

Ой-ой. У меня проблемы? Я напросилась на порку или меня поставят в угол?

– Зэйн, – громила обернулся у порога.

Тот кивнул и вышел.

ГЛАВА 3

Когда мы остались одни, я взглянула на Трэвора. Его сосредоточенный профиль, был обращен в сторону. Низко опущенные брови, сжатые челюсти. Само недовольство.

– Тебе больно, когда я касаюсь твоей кожи.

Я вскинула брови. Он собирается просветить меня своими догадками? Мистер Очевидность, черт возьми.

– А если через одежду? – Трэвор повернул ко мне лицо. – Что если, через одежду тебе не будет больно?

– Хочешь проверить меня на прочность?

– Хочу знать пределы допустимого.

Пределы допустимого? Черт, это начинало меня раздражать.

– Вот как? – я двинулась к двери, но остановилась. – Вот, что тебя заботит? Позволь спросить, – я обернулась к нему. – Что больше тебя волнует, как от этого избавится, или когда это дерьмо закончится, чтобы ты мог ко мне прикасаться?

– И то и другое.

Чудненько. Я не сомневалась. Его волнует, как ко мне прикасаться, а не как избавить меня от боли.

– Я хочу проверить, могу ли я касаться тебя через одежду. – Трэвор шагнул ко мне, а я вжалась в дверь.

– Погоди, – я выставила ладонь вперед. – Даже если и так. Даже если ты и можешь прикасаться ко мне через одежду, что дальше? Целовать меня будешь через марлю? – о, неужели, я сказала это вслух, будто меня это волнует? У меня вырвался нервный смешок.

– Это не глупо, Кристалл. Я хочу знать наверняка, насколько сильно мне нужно держать себя под контролем. – Его глаза полыхнули темно-синим цветом. В последнее время, его цвет глаз не становится прежним, ярко-голубым. Он либо неспокойного синего моря, либо сумеречной ночи. Я знаю, я виновата в том, что он эмоционально сходит с ума. С другой стороны, у меня самой проблем достаточно.

– Нет, я не хочу знать.