Полигон

Но он хотя бы старался и старается не дать этому злу проникнуть вглубь России, до Урала, где сейчас она: по программе защиты свидетелей, в случае с его семьей дважды продлевавшейся, кажется, до бесконечных и нескончаемых лет, ей предоставили жильё в Екатеринбурге. (С Женей вышло проще: из-за того, что ему после усыновления оставили прежнюю фамилию и отчество биологического отца, программа распространяется на него лишь в части.)

Им тяжело. Но он сам выбрал этот путь, осознанно, считая, что он верный, выигрышный, логичный, лучший – но, как оказалось, не для их хрупкого супружеского мира.

Такой вот он, подполковник Сезонов, типичный военный до мозга костей. Ничем не отличающийся от других. Один из них, как бы ни хотел мыслить и жить иначе.

– Прости. Мне пора. У меня встреча.

– Ладно. Удачи. Пока.

– Пока.

Она первая отключила вызов. Она делала это всегда, потому что знала: он сам этого первый не сделает и будет слушать ее молчание на том конце.

Загорелся уже который по счету зеленый сигнал.

Подполковник медленно перешел дорогу, отнимая мобильник от уха.

Небо с утра было затянуто серыми полупрозрачными облаками, обещавшими разразиться дождем. Но совершенно внезапно для самого Ярославля после полудня порывистый ветер пронесся над тысячелетним градом и смел серость с вышины, открывая горожанам лучистый весенний день и сгоняя таявший грязный размягченный снег в сточные решетки по краям дорог и тротуаров проснувшимся теплом.

Щурясь на апрельском солнце, Сезонов стоял напротив драматического театра и провожал глазами мчащиеся по Волковскому кольцу автомобили и общественный транспорт.

Ярков, назначивший встречу, опаздывал уже минут на десять.

Подполковник, высматривая в каждом прохожем журналиста (он запомнил его внешность с опубликованных на сайтах фотографий), как ему было велено, зашел в ресторан быстрого питания и купил кофе. Милая девушка-стажер с широкой улыбкой и цветными брекетами пожелала ему доброго дня и протянула фирменный красный картонный стаканчик, который Сезонов принял с легкой улыбкой и кивком в сторону юной кассирши.

Покинув кафе, он зашел на аллею у Знаменской башни, надеясь, что за три минуты колумнист не объявился и, не увидев подполковника, не покинул назначенное им же место встречи. В конце концов он должен был сохранить телефонный номер и набрать в случае непредвиденной ситуации.

Сезонов прогулялся вдоль аллеи, попивая горячий американо, в сторону площади Волкова.