Вовка Грушин и другие (сборник)

Вовка пожал нам по очереди руки и сказал:

– Пора!

Он старался быть совершенно спокойным, но я-то видел, как дрожала у него правая коленка.

– Вов, – сказала Галка, – давай-ка мы обвяжем твоего «Архимеда» веревкой. В случае чего вытащим.

Вовка даже не посмотрел на нее. Он подошел к люку «Архимеда» и стал влезать в него. Но, как только он сунул туда голову, «Архимед» качнулся, и Вовка чуть не искупался. Тогда он велел нам привязать подводную лодку между «броненосцами» и, когда влезет в люк, обрезать веревки.

Так и сделали. Когда «Архимеда» привязали, Вовка нагнулся, всунул голову в отверстие люка и вполз туда, громко кряхтя. Там он перевернулся на спину и закрыл люк изнутри какой-то доской с дыркой в середине.

– Закройте крышку люка так, чтобы винт попал в дырку!

Тут только мы заметили, что на крышке торчит болт с винтовой нарезкой. Мы исполнили приказание.

– Придержите крышку, пока я не завинчу гайку, – глухо, как из бочки, пробубнил Вовка.

Мы придержали. Стало совсем тихо. У Андрюшки в руках так и прыгал фотоаппарат.

(К сожалению, карточки не вышли, потому что все снимки он сделал на одну пластинку.)

В иллюминаторе вспыхнул свет.

– Спускайте! – прогудело внутри «Архимеда».

Мы развязали веревки. «Архимед» очень быстро ушел под воду. Мы оглянуться не успели, как из воды остался торчать лишь кончик перископа.

Было совсем тихо. Мы сидели на своих «броненосцах» и смотрели, как маленькие пузырьки появляются в том месте, где погрузился «Архимед». Где-то очень глубоко, как нам казалось, дрожало светлое пятнышко: это был свет из иллюминаторов.

Прошло минут пять. Андрей припал губами к концу перископа:

– Вовка, ну как?

Нас мороз пробрал по коже, когда мы услышали Вовкин голос из трубы – такой он был замогильный.

– Я достиг предельной глубины.

– Жив, значит! – вздохнула Галка.

Снова поползли длинные минуты, и снова вопрос:

– Вовк! Жив?

И замогильный ответ:

– Выкачиваю воду из резервуара.

Подождали еще. Начало светать.

– Уж два часа… – проговорил Андрюшка.

Галина перебила его:

– Смотрите на перископ! Он сейчас полезет вверх!

Но перископ не лез вверх. Я наклонился к нему:

– Вова, ну как?

Молчание.

– Вова-а! Слышишь! Как?

– Я уже все выкачал.

– Ну, и что же?

– Она не подымается.

– Почему?

– Не знаю.

Мы взволнованно переглянулись. Потом все трое потянулись к трубе.

– Как же теперь, Вовка?

– Не знаю.

– Вот говорила, говорила! – захныкала Галка.