Возлюби ближнего своего

Отец был еврей… Наконец поспешное, одинокое бегство через границу в Прагу… Она захватила с собой несколько драгоценностей, оставшихся от матери…

На экране снова зазвучали флейты и барабаны. Заглушая их, раздался марш Иностранного легиона – отрывистые, возбуждающие звуки горна, взлетающие над ротами воинов без роду и племени, плетущихся по пустыне.

Керн наклонился к Рут.

– Вам это нравится?

– Да…

Он достал из кармана небольшой флакон и подал ей.

– Одеколон, – сказал он шепотом. – Здесь очень жарко.

– Спасибо.

Рут вылила несколько капель на ладонь. Керн не заметил, как на глазах ее внезапно выступили слезы.

– Спасибо, – повторила она.

Штайнер пришел снова в кафе «Алебарда». Он сунул кельнеру пятишиллинговую бумажку и заказал кофе.

– Позвонить? – спросил кельнер.

Штайнер кивнул. В последнее время он с переменным успехом играл несколько раз в других кафе. Теперь у него накопилось около пятисот шиллингов.

Кельнер положил перед ним пачку газет и ушел.

Кельнер принес кофе и стакан воды.

– Эти господа придут через час.

Он задержался у столика.

– Хорошая погода сегодня, правда? – сказал он немного погодя.

Штайнер кивнул и принялся разглядывать рекламу на стене. Плакат призывал всех пить солодовое пиво и тем самым добиваться долголетия.

Шаркающей походкой кельнер удалился за стойку. Через некоторое время он принес на подносе второй стакан воды.

– Принесите-ка мне лучше вишневой водки, – попросил Штайнер.

– Извольте! Сейчас же принесу!

– Принесите и себе. Выпьем вдвоем.

Кельнер поклонился.

– Благодарю вас, сударь! Сразу видать – вы сочувствуете нашему брату. А это бывает так редко!

– При чем тут сочувствие! – возразил Штайнер.

Просто мне скучно, вот и все.

– Я знавал людей, которым приходили в голову вещи похуже, ежели их одолевала скука, – заметил кельнер.

Он выпил свою рюмку и принялся почесывать кадык.

– Послушайте, сударь, – доверительно сказал он.

Я знаю, что вас интересует, и, если позволите, дам вам совет. Рекомендую взять мертвого австрийца. Есть, правда, и мертвые румыны, они даже чуть подешевле, но кто же знает румынский язык?

Штайнер пристально посмотрел на него.