Его птичка. Книга 2

Даже одна из медсестер рассказывала, что рассталась с парнем, потому что переехала к нему через два дня после знакомства и тут же почуяла вкус замужней жизни, в сочетании с грязными носками, леностью в кровати.

– Да я лучше буду считаться секс позитивной и тусить по клубам. Чем слушать его пердеж и п*здешь, – говорила со смехом она, и я был вполне согласен.

Мужики, они ведь как коты. Ловля мышей для них дело всей жизни, но стоит одного такого взять домой, регулярно кормить, мыть, он и вылизываться перестанет.

А зачем? У него ведь есть женщина. Она и накормит, и отсосет, а потом и денег может заработать. Вот мужской род и обленился, надеясь на слабый пол.

Мужикам охота нужна, азарт, иначе мы быстро теряем и интерес к жизни, и желание к женщинам.

Я, конечно, не обленюсь, но теперь меня стала посещать мысль провести с Аней терапию бытовухой, может быть и меня быстрее отпустит.

Когда люди начинают жить вместе, очень много неприятных факторов и скелетов вылезают, запрятанных в самые дальние уголки подсознания и жизни.

Аня ответила только спустя полтора часа, она была одной из тех, кто не держал смартфон при себе круглосуточно, боясь лишний раз выпустить из рук. Для неё это действительно было только средство общения.

Даже ее соцсети были скорее способом послушать классическую танцевальную музыку или найти спектакли и кадры из них. Там, конечно, были ее фотографии, но всего несколько штук и не слишком удачных, но я все равно не мог отвести от них взгляд, то и дело пролистывая ленту.

Вот Аня изогнулась на фоне сцены, а вот она с женщиной, судя по одинаковой радужке глаза и корневому росту волос, это была её мать. А вот и Веселов Артур, незаменимый атрибут ее жизни и сильно раздражающий фактор для меня.

Я доверял Ане, знал, что кроме меня у нее никого нет, видел, как она трепещет от одного моего взгляда, а от касания почти дуреет, но сама мысль, что руки этого лощеного урода трогают Аню – её тело, талию – вызывали невыносимый скрежет зубов.

Я, конечно, был на балете и знал, примерно, как взаимодействуют партнеры на сцене. Вроде бы отстранено, но слишком близко, интимно.

Чтобы это не выводило из себя, я старался об этом не думать. Не стала Аня же ревновать меня, будь я гинекологом?

Я содрогнулся от этого образа, да так, что медсестра, принесшая медицинские карты на подпись, спросила не холодно ли мне.

Нет. Тут, пожалуй, перебор. Я любил женские вагины, но не настолько.