Божественная комедия

И далее пошли мы… Возвратился

По тем же скатам ментор мой тогда,

Которыми со мною он спустился.

Меж безднами и трещинами скал

Уединенный путь наш продолжался,

И в бездну я наверно бы упал,

Когда б порой за камни не держался

Руками. Бесконечная тоска,

В тот час, когда вперед я подвигался,

Была неотразима, велика,

И я скорблю в минуту эту снова,

Когда воспоминания былого

Припоминаю вновь, и обуздать

Хочу свой ум, чтоб Неба благодать

И добродетель – поприща земного

Вожатого – не мог я потерять…

Как селянин простой, – в ту пору года,

Когда на небесах начнет сиять

Июльский день, и южная природа

Вкруг рассыпает щедрые дары, —

Как селянин следит порой у входа

В свой дом, как в небе вьются комары,

Так я следил в вертепе за огнями,

За переливом странной их игры,

Когда пришли мы тихими шагами

К окраине, откуда видно дно:

Восьмая пропасть встала перед нами,

Где было все таинственно-темно.

Как тот пророк, которого в Вефиле

Медведицы лесные защитили[142 - Как тот пророк, которого в Вефиле / Медведицы лесные защитили… – Данте говорит о пророке Елисее, который, входя в Вефиль, был оскорблен ругательством отроков, за что последних растерзали две медведицы. (Кн. Царств II, 2. В той же главе упоминается о вознесении святого Илии на Небо в присутствии пророка Елисея.)],

Смотрел, как колесницу Илии

На небо быстро кони уносили,

И очи Елисея не могли

Следить за бегом их неуловимым

И только наблюдали лишь с земли,

Как пламя их исчезло в небе дымом,

Так двигались в вертепе те огни,

И в каждом призрак грешника скрывался.

Чтоб рассмотреть, как двигались они,

Я с краю моста к бездне наклонялся,

И если бы за камень не держался,

То, верно, б там свои окончил дни

И в пропасти бездонной потерялся.

За мной путеводитель наблюдал

И на вопрос немой ответ мне дал:

«В светильниках, перед тобой зажженных,

Сокрыты души многих осужденных,

Чтобы огонь их вечно пожирал…»

«Учитель, – отвечал я, – догадаться

Мог я и сам, увидевши в огне

Мелькающие тени, но дознаться

Хотелось бы теперь, учитель, мне,

Кто это стал к нам ближе приближаться

Вон в пламени, и тот огонь на дне

Двойным костром теперь вдали пылает,

И страшный мне костер напоминает,

Где Этеокл и брат его сгорел».