Божественная комедия

Я буду

Рассказывать: куда я ни глядел,

Степь голая вставала отовсюду:

Ни травки, ни былинки нет кругом,

Лишь страшный лес – доныне не забуду —

Лес скорби, опоясан темным рвом,

Степь окружал. Мы тут остановились.

С горячим и безжизненным песком

Равнины мертвой степи нам открылись:

Такую степь переходил Катон,

Когда Помпея полчища разбились[75 - С горячим и безжизненным песком / Равнины мертвой степи нам открылись… – Здесь упоминается о ливийских песках, через которые прошел Катон Младший, когда после смерти Помпея он спешил соединиться с армией Юбы, царя нумидийского.

].

И вот увидел я со всех сторон

Толпы теней нагих и истомленных,

Сливавшихся в один унылый стон.

На разные мученья осужденных.

Одни из них лежали на земле,

Другие сидя, членов утомленных

Поднять не в силах, с мукой на челе,

Не двигались; иные же бродили

Без устали, без отдыха во мгле.

Их много было там, а тех, что ныли,

Во прахе лежа, меньше было, но

Они зато охотней говорили.

Дождь огненный спадал на всех равно,

Как в Альпах снег в безветренную пору,

Как пламенный тот ливень, что давно

Случилось в знойной Индии, герою

Путь с войском преградивший. Смелый вождь

Тогда велел смутившемуся строю

Топтать ногами землю, чтобы дождь

Не мог вредить, вкруг войска зажигая

Поля, траву и зелень темных рощ, —

И, волю Александра исполняя,

Тушило войско землю под собой[76 - И, волю Александра исполняя, / Тушило войско землю под собой.

 – Об огнях, сходивших в Индии на войско Александра Македонского, упоминается в одном письме Александра к Аристотелю, но там сказано, что Александр приказал воинам устилать землю одеждами, чтобы огненный дождь не зажигал земли.].

И точно так слетал, не уставая,

Дождь пламенный, ниспосланный судьбой,

На адскую пустыню, и пылала

Она, как трут, и раздавался вой

Несчастных жертв: их пламя пожирало.

Метались тени грешников в огне,

Но кара их повсюду ожидала,

И не могли нигде спастись они

От огненного жупела… «Учитель,

Ты должен на вопрос ответить мне, —

Я говорил, – в Аду ты мой спаситель,

В Аду ты все преграды победил

И только, мудрый мой путеводитель,

Двух демонов одних не усмирил

У огненного города.