Тени Солнца

– Эй, что происходит? – удивленно воскликнул Влад, оборачиваясь на Морозова и замирая от удивления. Тот несся на него почти без помощи ветряных потоков, ступая по воздуху, как по земле.

– Не знаю. Это ветер, он…

«Взбесился» – подумал Каз, чуть не закричав, когда поток бросил его в серое облако. Казалось, теперь не он управлял ветром, а ветер управлял им, швыряя его в разные стороны, как тряпичную куклу. Ему захотелось крикнуть другу, позвать на помощь, но обжигающе холодное дыхание ветра не давало вымолвить и слова.

Он пронесся мимо того выступа, о котором говорил Влад, даже замел, как друг пытался справиться с ветрами и догнать его, но безуспешно. Хвосты, как одичалые, носились с немыслимой скоростью; их было уже не поймать.

Когда уже силуэт напарника превратился в маленькую черную точку, а потом и вовсе исчез, Каз сделал единственное, что пришло ему в голову и, возможно, будет стоить ему жизни. Он резко крутанулся вправо, выбираясь из собственного потока, который нес его, подобно течению, куда-то вдаль.

Как только тело оказалось в свободном полете и неимоверно приближалось к земле, мозг охватила запоздалая паника. А ведь он очень просто может умереть. Вот прям сейчас, так жалко и никчемно.

Глаза смогли различить верхушки елей, когда совсем рядом показался слабый ветряной сгусток. Маленький, низший из всех ветров, являлся спасением для молодого Воина. Но разве он сможет вынести его вес?

Думать было некогда – земля все приближалась. И, когда до сгустка оказалось совсем немного, он перевернулся на бок и схватился двумя руками за хвост.

Маленький ветер, испугавшись, всеми силами начал ползти обратно в небо, где его силы могли бы возрасти, но груз, упавший на него с этого самого неба, никак не мог отпустить его. Петляя и постепенно падая, они пролетели не больше нескольких миль прежде, чем приземлиться на твердую окаменелую землю.

Каз проехался по земле, оцарапав ладони острыми камнями. Многострадальный ветер обидчиво обдул лицо «герою», что было сравнимо с пощечиной, и улетел в дремучие дебри соснового леса.

Каз застонал, потирая ушибы, и огляделся, понимая, что в жизни не встречал такого пугающего и жуткого места. Пальцы испачкались в земле – холодной и мокрой. Темный лес казался злым, не было слышно даже пения птиц. И самое пугающее – он чувствовал чудовищное бессилие, высасываемое чужой землей.

Словно он ничто. Не больше, чем пустота.

Про этот лес ходило много слухов, даже слишком много.