Музыка горячей воды

– Ну ты ее и подавил, – сказал Луи.

– В смысле?

– В смысле, что, когда она бросилась на тебя через кофейный столик, ты как при замедленной съемке всё. Совсем не возбудился. Просто взял ее за одну руку, потом за другую – и перекатил. А потом сам забрался сверху и сказал: «Да что с тобой такое?»

– Пиво помогает, – сказал Эрик. – Сам попробуй.

Луи отвернул крышку и сел на край кровати. Луи редактировал один журнальчик – «Бунт крыс». Издавался на ротаторе. Маленький журнал, не лучше и не хуже прочих. Все они надоедали; таланта с гулькин нос, да и то не всегда.

– Она ж у себя дома, – сказал Луи, припоминая, что было ночью. – Она сказала, что это ее дом, а нам всем надо выметаться.

– Разница идеалов и точек зрения. С ними всегда неприятности, и разница эта есть тоже всегда. А кроме того, она и была у себя дома, – сказал Эрик.

– И я, наверное, пивка хлебну, – сказала Глория. Встала, надела платье и нашла себе теплое пиво.

«Ничего так себе старший препод», – подумал Эрик.

Они сидели и пытались влить в себя это пиво.

– Кому телевидения? – спросил Луи.

– Только попробуй, – сказала Глория.

Вдруг оглушительно грохнуло – стены затряслись.

– Боже! – сказал Эрик.

– Что это? – спросила Глория.

Луи подошел к двери и открыл. Они были на втором этаже. Имелся балкон, а сам мотель построили вокруг бассейна. Луи глянул вниз.

– Вы не поверите, но в бассейне сейчас – мужик фунтов в пятьсот весом. А взорвалось, когда он туда прыгнул.

Еще раз взорвалось. Стены опять тряхнуло. Из бассейна взметнулась вода.

– Теперь плывут парочкой. Ну и видок!

Эрик и Глория подошли к двери и выглянули.

– Опасная ситуация, – заметил Эрик.

– То есть?

– То есть, поглядев на весь этот жир внизу, мы неизбежно им что-нибудь заорем. Детский сад, понимаешь.

– Ага, так и вижу – они бегут сюда и колотят в дверь, – сказал Луи. – И как мы тогда справимся с девятью сотнями фунтов?

– Да никак, даже если б не болели.

– А раз болеем, и подавно.

– Ну да.

– ЭЙ, ЖИРНЫЙ! – заорал вниз Луи.

– Ой нет, – сказал Эрик. – Ой нет, пожалуйста. Мне нехорошо…

Оба толстяка задрали головы из бассейна. На обоих были голубенькие плавки.

– Эй, жиртрест! – вопил Луи.