Я, бабушка, Илико и Илларион

– Ах ты, лисья порода! – улыбнулся Илларион, доставая изо рта собаки цыплячий пух. – За что тебя пробрали?

«А бог их знает, – проговорил про себя Мурада, – оставляют без присмотра цыплят на улице, а потом еще обижаются…»

– Крепко досталось тебе?

«Порядком», – ответил про себя Мурада и взглянул на ушибленную ногу.

– Не огорчайся, пройдет…

«Да не так уж и больно, как хотелось бы Ефросинэ», – улыбнулся Мурада, тряхнул ушами и стал лизать Иллариону руку.

– Что с его мордой? – спросил меня Илларион.

– Обжегся, дурак.

– Это правда, Мурада?

«Эх, на сей раз не повезло, поторопился малость», – вздохнул Мурада и облизнулся.

– Да ты, брат, не собака, а настоящее сокровище! – произнес с уважением Илларион. – Вот этот собачник, гляди, какой верзила вымахал, а все на бабушкиной шее сидит, а ты уже сам о себе заботишься. Молодец! Однако воровать все же нельзя, это ты учти! Краденый кусок впрок не идет. Вот хоть возьми нашего завскладом Датико – близок его смертный час.

«Слышать-то слышу, да что с того? Все воруют, а я что, Божий агнец? В конце концов, я обыкновенный пес», – возразил про себя Мурада.

– Ладно, иди к себе и не вздумай убегать со двора, не то поколочу, сукин ты сын! – сказал я и легонько пнул собаку ногой.

«He ругайся!» – огрызнулся Мурада и, поджав хвост, побрел восвояси.

Илларион скрутил самокрутку, затянулся и сказал:

– Утром обошел я колхозные поля, побеги сои сплошь обглоданы, не иначе как зайцы шалят… Следы видел… Не мешало бы пройтись завтра утром с ружьем…

– Знаю я твоих зайцев! Прошлый раз ты тоже потащил меня, а заячьи следы оказались козьими.

– А сейчас, говорю тебе, – заячьи! Кроме того, помет заячий!

– Ну ладно, пойдем. Смотри только, как бы заячий помет тоже не оказался козьим!

– Не учи меня, сопляк! Приготовь-ка к утру ружье да захвати своего глупого пса, авось пригодится… – сказал Илларион, нахлобучил мне по самый нос фуражку и ушел.

На другое утро, чуть свет, мы пробирались сквозь высокую – по колено – росистую траву. Впереди шагал Илларион, за ним – я, за мной трусил весь мокрый, облепленный репьем Мурада.

– Вот это собака! – насмехался Илларион. – Никак за зайцев нас принимает – по следу идет. Скажи ей, пусть бежит вперед!

– Марш вперед! – приказал я собаке.

Мурада послушно сел.

– Устал пес.