Брак по любви

 – Ясмин со вздохом наклонилась и коснулась его прислоненной к стене гитары. – Давненько я не слышала, как ты играешь.

– Знаешь, что он сказал, когда они нагрянули с обыском к его единственному возлюбленному сыну?

– Я там была, – пробормотала Ясмин.

– Что это одолжение с их стороны, потому что соседи ничего не видели. Да уж, есть за что благодарить! А потом он идет к Финтану Фаэрти и говорит ему: «Спасибо вам, профессор Фаэрти, за то, что довели до моего сведения, что мой единственный возлюбленный сын – мусульманин, я немедленно положу этому конец».

– Ты действительно так думаешь? – спросила Ясмин. – В самом деле?

– Я не думаю, я знаю. Профессор Фаэрти! Никакой он не профессор, а просто младший препод, который не может отличить исследовательский проект от терроризма. Меня задолбало притворяться, что этого не было. Задолбало, что меня считают парией в собственном доме.

Ариф перевернул всё с ног на голову. Они почти не обсуждали случившееся, но это было четыре года назад, когда Ариф был в самом начале второго курса.

Библиотекарь доложил мистеру Фаэрти, а тот сообщил о своих опасениях в полицию. Ясмин считала, что мистеру Фаэрти следовало сначала поговорить с Арифом. Тогда он понял бы, что у Арифа просто в кои-то веки проснулся интерес к учебе, и он принялся увлеченно собирать информацию для своей курсовой про исламизм в Великобритании. Но Баба отнесся к этому иначе. Глупость Арифа была колоссальна, совершенные им нарушения – вопиющи, поведение – безответственно. «Пусть остается в полицейском участке!» – прикрикнул он на Ма, когда та стала умолять, чтобы он забрал ее сына.

Под «позором» Баба имел в виду полицейский обыск в его доме. Но Ясмин подозревала, что истинная причина его стыда лежала глубже – Шаокат стыдился, что не сумел воспитать хорошего сына.

Выпустив пар, Баба сразу отправился в участок и привез Арифа домой. Но Ариф просто развернулся и ушел. Следующие пару месяцев он не появлялся дома. Когда его друзьям надоело, что он спит у них на диванах, он без предупреждения и обсуждения вернулся со своей гитарой, гантелями и спортивной сумкой. До скандала Баба разрешил Арифу снять комнату где-нибудь поближе к кампусу, но, очевидно, его предложение утратило актуальность.