Улисс

], дядюшку Ричи и дядюшку Эдмунда, – парировал Стивен, – как видно, значит ожидать слишком многого. Братьев забывают так же легко, как зонтики.

Зуек.

Где брат твой?[800 - Где брат твой? – Быт. 4, 9 (Вопрос Бога к Каину).] У аптекаря. Мой оселок.[801 - У аптекаря. Мой оселок. – Станислав Джойс, младший брат писателя, был помощником аптекаря до февраля 1904 г. Джеймс дал ему прозвище «оселок», ибо привык оттачивать на нем свои мысли и тексты. В заметках к «Портрету» Стивен «напрасно искал в своем поколении поэта из народа, которого он бы использовал как оселок».

] Он, потом Крэнли, потом Маллиган – а теперь эти. Речи, речи. Но действуй же. Действуй речью. Они насмешничают, проверяя тебя. Действуй. Отвечай на действия.

Зуек.

Я устал от собственного голоса, голоса Исава. Полцарства за глоток[802 - Голоса Исава. Полцарства за глоток. – Жажда Стивена заставляет его вспомнить хрестоматийное «полцарства за коня!» («Ричард III», V, 5), а отсюда и Исава, отдавшего первородство за чечевичную похлебку.].

Вперед.

– Вы скажете, что это просто имена из тех хроник, откуда он брал себе материал для пьес. А почему тогда он выбрал эти, а не другие? Ричард, горбатый злодей, бастард, приударяет за овдовевшей Энн (что значит имя?), улещает и обольщает ее, злодей – веселую вдову. Ричард-завоеватель, третий брат, царствует после Вильяма-побежденного. И все остальные четыре акта драмы не то что зависят, а прямо-таки висят на этом первом. Ричард – единственный из всех королей, кого Шекспир не ограждает почтенья долгом, суетным как мир[803 - Почтенья долгом, суетным как мир – «Цимбелин», IV, 2.

]. Почему побочный сюжет в «Короле Лире», где действует Эдмунд, утащен из Аркадии Сидни и пристегнут к кельтской легенде доисторической древности?

– Уж так делал Вилл, – вступился Джон Эглинтон. – Это не значит, что мы сегодня должны склеивать скандинавскую сагу с обрывком романа Мередита. Que voulez-vous? – как сказал бы Мур. У него и Богемия[804 - У него и Богемия… – Два знаменитых «промаха» Шекспира: судно причаливает к «пустыням Богемии» («Зимняя сказка», III, 3), а Гектор (не Улисс) ссылается на Аристотеля («Троил и Крессида», II, 2).

] находится на берегу моря, а Улисс цитирует Аристотеля.

– Почему? – продолжал Стивен, сам отвечая себе. – Потому что тема брата-обманщика, брата-захватчика, брата-прелюбодея или же брата, в котором все это сразу, была тем для Шекспира, чем нищие не были[805 - Чем нищие не были – «нищих всегда имеете с собою…» (Мф. 26, 11).