Хлеб с ветчиной

Апельсины покатились по земле.

– А теперь, – продолжил мужчина, – убирайтесь из моего сада.

– Куда тебе столько, все равно все не съешь?

– Я сам знаю, куда и сколько. Убирайся отсюда.

– Таких, как ты, надо вешать!

– Я владелец, и закон на моей стороне. Проваливай! – И он снова вскинул ружье.

Отец повернулся и пошел, мы потянулись за ним. Владелец рощи конвоировал нас до самой дороги. Наконец мы загрузились в машину, но это был именно тот случай, когда она не завелась. Отец взял ручной стартер и вышел.

Он дважды провернул маховик, но двигатель не реагировал. Отец покрылся испариной. Мужчина стоял у дороги и наблюдал.

– Ну давай, заводи свою консервную банку! – неожиданно выкрикнул он.

Отец, который приготовился было крутануть снова, отвлекся:

– Мы не на твоей территории! И можем стоять столько, сколько пожелаем, черт возьми!

– Разбежался! Убирай отсюда свою колымагу, да побыстрее!

Отец прокрутил ручку, двигатель взревел, но тут же заглох. Мать молча сидела с пустой корзинкой на коленях.

Я боялся даже смотреть на человека с ружьем. Отец снова налег на рукоятку, и машина завелась. Он впрыгнул в машину и принялся работать рычагами на руле.

– Не появляйся здесь больше, – напутствовал собственник с ружьем. – В следующий раз так легко не отделаешься.

Отец резко взял с места. Хозяин апельсиновой рощи продолжал стоять у дороги и наблюдал. «Форд» быстро набирал скорость. Неожиданно отец затормозил, выполнил крутой поворот на 180 градусов и помчался к тому месту, где остался грозный враг.

Но мужчины у дороги уже не было. И мы вновь понеслись прочь от апельсиновой рощи.

– Однажды я вернусь и прикончу эту тварь, – пообещал отец.

– Папочка, я сегодня приготовлю замечательный ужин. Что бы ты хотел? – спросила его мать.

– Свиную отбивную!

Никогда раньше я не видел, чтобы отец ездил так быстро.

3

У моего отца было два брата. Младшего звали Бен, старшего – Джон. Оба алкоголики и тунеядцы. Мои родители частенько говорили о них.

– И тот и другой полные ничтожества, – твердил отец.

– Просто вы вышли из трудной семьи, папочка, – возражала мать.

– Твой братец тоже пустышка!

Брат моей матери жил в Германии. Отец поносил его не реже родных братьев.

Был у меня еще дядя Джек – муж сестры отца, которую звали Элеонора. Я никогда их не видел, потому что отец разругался с ними.

– Видишь этот шрам у меня на руке? – спрашивал меня отец. – Это сделала Элеонора карандашом, когда я был еще совсем маленьким.