Тысяча и одна ночь. Сказки Шахерезады. Самая полная версия

 – Не прикажешь ли разрубить ее надвое мечом, чтобы потом снести по половинке и бросить в Тигр на съедение рыбам[89 - Женщины, подозреваемые в неверности своим мужьям, и в новейшее время наказывались в Египте точно так же.], так как неверных жен обыкновенно наказывают таким образом?

– Ударь ее, о Саад, – отвечал мой муж.

– Повтори свои молитвы, – сказал раб, держа обнаженный меч, – и поразмысли о том, что тебе делать и какие сделать распоряжения, так как жизни твоей пришел конец.

– Добрый раб, – сказала я, – отпусти меня на время, для того чтобы я могла высказать свои распоряжения, и, подняв голову, я, рыдая, обратилась к мужу своему со следующими стихами:

Меня покинул ты и остаешься;

Спокойным; ты мои глаза больные

Бессонными ночами наказал.

Твой образ в сердце и в глазах моих

Живет, и сердце у меня не хочет

С тобой работаться, и мои рыданья

Мне страсть мою скрывать не позволяют.

Ты заключил со мною договор,

Что будешь верен мне; когда ж любовь

Завоевал ты сердца моего,

Ты обманул и изменил позорно,

Не сжалишься ты разве над моей

Любовью и рыданьями моими?

Ты сам немало испытал несчастий,

Аллахом заклинаю я тебя,

Когда умру я, на надгробном камне

Моем такое выбить изреченье:

«Здесь вечным сном любви

рабыня спит».

Услыхав эти стихи и увидав мои слезы, муж мой еще сильнее рассердился и отвечал мне следующим куплетом:

Я не изверг возлюбленной моей

Из сердца моего по пресыщенью;

Ея вина была тому причиной,

Она сама желала, чтоб другой

Со мною разделил любовь и ложе;

Но чести сердца моего противно

Такое совместительство в любви.

Я продолжала плакать и, чтобы возбудить его сожаление, думала: «Буду унижаться перед ним и в самых нежных словах умолять его, чтобы он не убивал меня, а лучше бы взял все мое состояние».

Но он кричал своему рабу:

– Разруби ее пополам, так как она потеряла всякую душу в наших глазах.

Раб подошел ко мне, и я увидала, что спасения мне больше нет, и отдалась на волю Аллаха; но вдруг в комнату вошла старуха и, бросившись к ногам моего мужа и целуя их, вскричала:

– О сын мой, ради моих услуг, когда я нянчила тебя, умоляю тебя простить эту женщину, так как она не изменила тебе и не сделала ничего, заслуживающего такого строгого наказания. Ты еще молод, и страшись того обвинения, которое она может предъявить против тебя.