Тысяча и одна ночь. Сказки Шахерезады. Самая полная версия

Рыбак хотя и видел, что смерть его неизбежна, но снова начал просить Шайтана, говоря:

– Прости меня хоть из благодарности, что я освободил тебя.

– Да ведь и убить-то я тебя хочу, – отвечал Шайтан, – потому что ты освободил меня.

– О шейх Шайтанов, – сказал рыбак, – я поступил с тобой хорошо, а ты так низко вознаграждаешь меня? Поговорка не врет, говоря:

Нас за добро благодарили злом;

Всегда дурной и злой так поступают,

Творя добро неблагодарным людям.

Получишь ты такую же награду,

Как аспид помощь оказал гиене.

Услыхав это, Шайтан отвечал:

– Не проси за свою жизнь, потому что смерть твоя неизбежна.

Рыбак между тем в душе рассуждал так: «Он – Шайтан, а я – человек, и Бог одарил меня здравым разумом; и потому, чтоб уничтожить его, мне надо прибегнуть к искусству и уму, а не прибегать, подобно ему, к уловкам и коварству.

– Так ты решил убить меня? – сказала он, обращаясь к Шайтану.

– Да, – отвечал он.

– В таком случае, – продолжала рыбак, – ради величайшего имени, вырезанного на печати Сулеймана, я предложу тебе один вопрос; ответишь ли ты мне на него по правде?

Услыхав о величайшем имени, Шайтан смутился, затрепетал и отвечал:

– Отвечу, спрашивай, но торопись.

– Каким образом влез ты в этот графин? – спросил рыбак. – Ведь в него не взойдет ни рука, ни нога твоя; как же вошло все тело?

– Разве ты не веришь, что я сидел в нем? – сказал Шайтан.

– Ни за что не поверю, пока сам не увижу тебя там, – отвечал рыбак.

Шайтан встряхнулся и обратился в пар, поднявшийся к небесам, и, начав сгущаться, стал мало-помалу вбираться в графин, пока не вобрался весь. Тут рыбак быстро закупорил графин свинцовой пробкой и, придавив ею, крикнул Шайтану:

– Выбирай, какого рода смертью хочешь ты умереть. Я брошу тебя тут в море и на этом самом месте выстрою себе дом, чтобы не позволить тут закидывать сети, и буду говорить: «Здесь лежит Шайтан, который за избавление свое предлагает различного рода смерти и позволяет выбрать одну из них».

Услыхав эти слова рыбака, Шайтан хотел высвободиться, но не мог преодолеть печати Сулеймана и сидел, заключенный рыбаком, как самый дурной, коварный и злой дьявол. Рыбак понес графин к морю.

– Нет! Нет! – закричал Шайтан.

– Да, непременно, непременно!

Шайтан заговорил с ним нежным голосом и покойным тоном.

– Что ты хочешь сделать со мной, о рыбак? – застонал он.