Мозес

Мозес

Ярослав Игоревич Жирков

Первая половина ХХ века, Германия. После поражения в Первой Мировой Войне страна переживает кризис, как экономический, так и социальный. Демократы, коммунисты и национал-социалисты – все считают себя патриотами, но по-своему видят будущее родины. В этом котле противоречий, когда сразу столько разных путей стоит перед выбором каждого, рождается мальчик, еще ничего не знающий об этом. Названный в честь древнееврейского пророка Мозес, волей обстоятельств, еще во младенчестве, как и его тёзка в Египте, оказывается в семье тех, кто возненавидел его народ.

Но сам Мозес еще не скоро узнает о своем происхождении…

Часть 1

1.

Мюнхенское лето 1923 года выдалось очень жарким. Никто особенно не привык к температуре выше +25, и когда ртутный столбик достиг отметки +37, даже самый жаропрочный горожанин сетовал на причуды погоды. Рабочие, служащие, отставные солдаты и толпы безработных изнывали в лучах беспощадного солнца. От жары асфальт плавился, а редкий ветерок вздымал терпкий запах битума и смолы.

Одна из улиц была уложена старинной брусчаткой. Той самой, по которой веками стучали копытами лошади, а затем скрепя амортизаторами проезжали автомобили. Но прямо сейчас, было не проехать даже самому скромному транспорту. Здесь пахло уже не смолой, а вспотевшими, изможденными человеческими телами. Казалось, что-то пропало на невыносимой жаре источая зловонный дух. Но не успевал испортиться cуп в огромных чанах – голодная очередь всё в миг опустошала. Сотни, а может и тысячи безработных часами стояли за бесплатным пайком.

В руках людей была стальная миска, покрытая белой эмалью, а из нагрудного кармана торчала, сверкая металлическим блеском ложка. Все давно уяснили и взяли за правило – «Всегда имей при себе ложку. Никогда не знаешь, где и когда удастся урвать что-то съестное».

Очередь двигалась медленно, а жара доводила до кипения и без того раздраженных людей.

– Этот пуст! Ждите! – выкрикнула женщина на раздаче супа. По толпе прокатилась волна ропота и возмущения.

В мучительном ожидании вспыхивали яростные споры, часто переходящие в отчаянную драку. Причины недопонимания были разные от бытовых до политических. Жена кричала на мужа, коммунист обвинял демократа, а бродячая собака лаяла на всех без разбора. И каждый находил облегчение в том, чтобы полить грязью ближнего своего.

– Не выношу тесниться в толпе, – сказал строгого вида мужчина и погладил аккуратно подстриженную, черную как смоль бороду.