Дети, которые живы!

Дедушка, не мешкая, проводил в нашу хату – переодеться и дождаться, когда растопится баня. Сам пошел к соседу, через час все вернулись.

Наша четверка ринулась в баню. Настя замерзла. Ее посиневшие губы подрагивали, и она улыбалась, скрывая эту дрожь. Стоило шагнуть в парилку, как нас обдало горячим паром. Тело расслабилось, наполняясь теплом. Горячий воздух обжигал ноздри.

– Вот так приключения сегодня, – растягивая слова, сказала Шурка, усаживаясь на горячую скамью.

– Сейчас будем греться, – распаривая веник, ехидно глянула на нас Настя.

И как хлестнула меня по ягодице – я аж взвизгнула. Все закатились смехом. Настя шлепнула Шуру, потом Шурку. Мы прятались друг за другом от кусачего веника.

Разогретые, с румяными щеками и чуть ли не парящими волосами, вышли в предбанник, надели чистую теплую одежду и побежали в дом.

Крепко поужинали и завершили вечер травяным чаем и сухарями. Укутались в теплое одеяло и улеглись в ожидании сказки, но в этот раз дедушка тонким голосом запел песню.

***

Утро было мрачным и сырым. Мы вчетвером ушли за грибами. Середина октября ледяным дождем смыла последние следы тепла.

Вглядываясь в полысевший лес, мы не видели ему ни конца, ни края, зато заметили, что кое-где деревья все же сохранили зеленые и пожелтевшие листья. Мы знали, что в лесу живут разные звери: и безопасные, как зайцы, и опасные. Настя рассказывала, как летом по дороге ко мне в больницу встретила волка. Хорошо, хромой был, а то закончилось бы все плохо.

Так мы по краю леса и ходили.

Так проходил день за днем. От отца не пришло ни весточки. Но мы все продолжали просыпаться с надеждой в сердце. Заготовки на зиму спустили в погреб. Дедушка привез еще дров и ровно уложил под навесом. Медленно приближался декабрь.

Глава 5

Зима-кудесница, хоть щедра на чудеса, а кусалась морозом нешуточно.

По утрам, когда ленивое солнце только трогало хмурую тень, мы занимались наукой. Настя кое-что объясняла, что-то мы сами разбирали. Случалось, что никто не понимал задание, так его и оставляли.

После занятий готовили обед. Вместе выходили во двор, освобождали засыпанные снегом дорожки, чистили в конюшне и у Марты. Кормили живность. В целом всегда было чем заняться. Мы привыкли жить с мыслью о войне, бушующей поблизости.