Каждому свое

 – Ну уж если вы действительно «оттуда», то должны быть в курсе, какое представление сложилось там, у вас, о нашем командовании и об отдельных его частях, в особенности после нашей попытки «сходу» взять Москву.

– Полное представление, в том числе и о вас лично.

– Обо мне? Откуда?

– От людей, проходивших подготовку под вашим личным руководством и позже заброшенных в российскую глубинку.

– Вы хотите сказать, что они были перевербованы.

– Нет. Они не перевербованы, а арестованы и дали подробные показания на всех, с кем имели дело.

– Интересно.

– По этим материалам был составлен список немецких руководителей, наиболее опасных для Советской власти. В том числе, и по псковской группировке.

– Моя фамилия, естественно, стоит в этом списке, не так ли?

– Нет, не так, – жестко отрезал Северов.

– А как?

Северов, словно опытный режиссер, знающий цену осознанного молчания на сцене, несколько затянул паузу.

– Простите, нельзя ли немного воды?

– Что-о? Воды? – не сразу понял полковник.

Он взял сифон с газированной водой, наполнил стакан на три четверти и поставил на стол.

Опустошая стакан, Северов с высоты запрокинутой головы увидел напряженное лицо полковника.

– Вы не вошли в список, вы возглавили его. По крайней мере по северной группировке.

Полковник оттолкнулся обеими руками от стола, упал на спинку кресла и на мгновение закрыл глаза. Приятные мгновения проходят быстро.

– Так-так… Ну и что дальше?

– А дальше я намереваюсь выполнять ваши указания.

– Что ж, это похвально. – Он отбарабанил на столе какую-то одному ему известную мелодию. – В таком случае вам сейчас предоставят комнату, дадут бумагу, и вы изложите слово в слово всю эпопею с начала до конца. С биографическими и прочими подробностями! Так, как вы рассказывали мне. Упомяните об оценках, которые дают в Москве нашим службам и их руководителям. В том числе обязательно и подробно все, что касается меня лично.

– Так точно, господин полковник, – Северов впервые отрапортовал немецкому офицеру и сделал это, судя по всему, вполне грамотно, ибо это не вызвало никакой реакции.

* * *

Жизнь на первом этаже шла своим чередом. Люди в штатском, но с военной выправкой и в форме различных родов войск, появлялись в холле, иногда бросая несколько малозначительных слов сидевшему за столом дежурному, и исчезали в просторах здания.