Нация. Плоды искушения. Том первый

Общение (даже память о нём) становится частью жизни – вот ведь как странно! Встреча с Астапенко произвела на Егора какое-то удивительное впечатление, хотя и длилась всего несколько минут. Удивляло то, что он давно знал этого человека, а оказывается, совсем не знал, и это удивляло его больше всего. Он не знал, что так бывает, что так может быть. Возможно, что именно сейчас он думал именно об этом и о том, что мы совсем не знаем, что такое жизнь; если не замечаем простых, но очень важных для нас вещей. Он сидел и с какой-то теплотой, даже с нежностью, без всяких усилий припоминал их разговор.

«Что бы там ни говорили, а в жизни не бывает ничего случайного, в жизни всё закономерно, – подумал он, – значит, этот разговор должен был случиться – рано или поздно. Такова логика. Но ведь там, где есть причина, есть и следствие. Интересно, в чём же выражается эта встреча для Астапенко и в чём выражается она для меня? Да, интересно… Нет, более чем интересно! Или придерживаться всё же истины – чему быть, того не миновать.

Усевшись удобнее за столом и предвкушая блаженство, он открыл книгу…

У всех людей существует различное отношение к книге – от утилитарного до трепетного чувства, с каким истинный читатель, ощущая ритм своего сердца, раскрывает то или иное сочинение. Держа в руках роман Булгакова, Сомов испытывал не просто чувства, у него было такое ощущение, что он встретил спутника, который хочет подарить ему – просто так, безвозмездно – наибольшие радости жизни. Он ещё не прочитал ни строчки, а его уже волновала пытливая мысль и искания, познание прекрасного и великого.

«Высшая справедливость на земле заключается в том, – проговаривал в своём сознании Сомов, – что старшее поколение, несмотря ни на что, оставляет миру вечные ценности, среди которых значатся и книги. И в этом, наверное, есть человеческий подвиг. Ибо только они могут безошибочно распознать добро и зло, истину и ложь, красоту и безобразие».

В этот момент он как никогда понимал, что сейчас от него требуется только одно – это подружиться с автором и героями произведения, во всяком случае, найти с ними общий язык, чтобы с их помощью раскрыть в книге до конца вложенное в неё содержание.

«Книга должна быть исполнена читателем, – вспомнил он слова Марины Цветаевой, – как соната. – Знаки – ноты. И воля читателя – осуществить или исказить».