Нация. Грехопадение. Том второй

Первые дни она не могла надышаться сосновым воздухом, и это удовольствие, как оказалось, давало ей не только заряд энергии, но и массу приятных ощущений. Глядя на жену, Егор радовался в душе такому положению дел и ждал, что она вот-вот скажет: «Ах, как мне здесь хорошо! Всё же мы сделали правильный выбор, что приехали сюда!» Но этих слов Егор так и не дождался. Вытащить из неё слова, которые бы порадовали его, было невозможно даже клещами. Одним словом, она оставалась настоящей женщиной: ей было и хорошо, и нехорошо.

И этого она не скрывала, оставляя Егору на «десерт» разные мысли.

Что касается гамма-излучения в городе, то и оно, как говорили, было в норме. Одним словом, в отличие от Чернобыльской АЭС, здесь всё было более качественно и надёжно. Именно этой точки зрения и придерживался Егор, когда принимал решение ехать в Красноярск-26. Слова Поздышева о городе оказались правдой. Во всяком случае, Егор был ему благодарен, вспоминая добрым словом.

Уже с первых дней пребывания в Красноярске-26 Егор и Наталья старались не только узнать историю города, но и понять людей, приглядеться к их культуре.

В своё время Егор немного слышал об этом городе от отца, бывавшем на комбинате по долгу службы. Но это было юношеское восприятие, к тому же он говорил немногое, так как это был сверхрежимный объект, и вся информация была за семью печатями. Конечно, когда Егор уже работал на Чернобыльской АЭС, его знания о Красноярске-26 значительно расширились, но то, что он увидел воочию, превзошло все его ожидания. А история города была такова.

Строительство объекта № 815 началось весной 1950 года по личному распоряжению Сталина. В тот далёкий период началась так называемая «холодная война», и руководству страны необходимо было решить задачу по реализации ядерных оружейных программ, причём в кратчайшие сроки и с учётом максимального удаления от авиабаз возможных противников. Вот и нашли учёные в Красноярском крае на восточном берегу Енисея среди тайги «уютное» местечко – низкогорный отрог Саян под названием Атамановский хребет.

Не успели конструкторы сделать чертежи, как строители (а это были в основном заключённые) принялись сооружать основной транспортный тоннель, ведущий вглубь горы. Причём делалось это всё очень быстро, можно сказать, в спешке. Параллельно развернулись активные работы еще на тринадцати площадках: три штольни были заложены от Енисея, две – с противоположной стороны горы, и сразу восемь стволов проходили сверху.