Последний ветеран. Роман в одиннадцати главах

У меня нет никакого желания подпускать «четвёрки» к сорокапятимиллиметровым, вот только выбора нам никто не оставляет. Чувствую, артиллеристам очень придётся сегодня постараться, чтобы сберечь себя.

– А нам, пехотинцам, простой воинской удачи и меткости. – Акинфеев поглядел на свою противотанковую гранату. Он был готов пустить её в ход по одному из ненавистных «Панцеров», когда тот окажется на минимально допустимом расстоянии.

– Любят немцы тянуть время, заразы. – Лейтенант смотрел на развалины Коловки сквозь личный бинокль, стараясь разыскать там каски-котелки или очертания вражеской техники.

– Скоро объявятся, не переживайте. Каждый день промедления отнимает у них огромное количество сил. Пусть помёрзнут в лесочке.

– Товарищ лейтенант! – крикнули с западной пушки. – Прут, сволочи!

– А-а, явились-таки, мерзавцы. – Сельницын продолжал наблюдение. – Даже без артподготовки. Видимо, от морозца у них там миномёты с гаубицами по полной заклинило.

Поначалу непросто было кого-либо разглядеть. Всё оставалось по-прежнему тихо и спокойно. Затем возникло какое-то подрагивающее движение: среди остатков поселения замелькали фигуры в белой форме. Они приближались слаженно, продуманно. Слева и справа от Коловки, почти заезжая в уснувшую чащу, покатились, разбрасывая светло-серую пудру, два броневика: один Sd. Kfz.231, второй – Sd. Kfz.222. Они ехали нагло и развязно, словно уверенные в своей неуязвимости.

– Близко подпускать их не можем! – пробасил сержант с восточных траншей. – Они наверняка уже различили «сорокапятки».

Словно в подтверждение его словам по окопам неприцельно начали стрелять. Пули посвистывали с равными интервалами, пока ещё не слишком интенсивно. Воители, находившиеся ниже уровня земли, вжались в укрытия, артиллеристы спрятались за маленькими щитками. Стали отвечать в ответ, но убить кого-либо на такой дистанции с пары выстрелов было очень тяжело.

– Бронебойщики, прицел на машину на десять часов! Оба орудия, по броневику на два часа – огонь! – рявкнул командир, решив сначала избавиться от более слабого соперника.

– Есть! – одновременно ответили с «сорокапяток».

Пушки ухнули. Вражеская техника немного запоздало запалила по советским позициям. Тем временем первый снаряд угодил «двести двадцать второму» в капот, но срикошетил и улетел в сторону. Однако второй попал между колесом и подвеской.