Воспоминания о жизни и деяниях Яшки, прозванного Орфаном. Том 2

Воспоминания о жизни и деяниях Яшки, прозванного Орфаном. Том 2

Юзеф Игнаций Крашевский

История Польши #19

Девятнадцатый роман из серии "История Польши" Ю.И. Крашевского охваывает время правления четырёх польских королей: Казимира Ягеллончика (1445–1492), Яна Ольбрахта (1492–1501), Александра (1501–1506), Сигизмунда Старого (1506–1548).

Главный герой романа сирота Яшка Орфан, от лица которого ведётся повествование, ищет своих родителей. Он по очереди служит при дворе этих королей и рассказывает об исторических событиях, которых был свидетелем, и о своей собственной судьбе.

Юзеф Игнаций Крашевский

Воспоминания о жизни и деяниях Яшки, прозванного Орфаном. Книга 2. (Ягеллоны, до Сигизмунда)

© Бобров А.С. 2022

Том III

Когда после стольких минувших лет мысль моя достигает давних времён моей молодости, пробегает события и людей, с какими я пересекался в жизни и общался, поистине только тогда я считаю пережитые и так быстро прошедшие десятки лет и чувствую, какое пространство за мной.

В течение моей жизни почти всё изменилось к лучшему или к худшему, но судить об этом я не смею, знаю только то, что люди и их дела сейчас выглядят иначе.

Королю и пану нашему Казимиру с трудного начала правления вплоть до последних дней было необходимо бороться и справляться с таким множеством проблем, а он выдержал их, и справился так удачно, что нужно удивляться его силе и выносливости. Завидуют монархам, их счастью, а не знают, что у них больше работы и забот, чем у какого-нибудь подёнщика, отдыха же – никогда, а благодарности дождутся только после смерти, пожалуй.

В эти мои времена было и плохого много и хорошего столько, что трудно понять, что это вместе одно время и одна земля могли выдать.

Мы видели, как рядом проходят и пересекаются друг с другом такие мужи, как те святые и благословенные: Кант, Шимон, Святослав, Гедроиц Михал; а тут же рядом с ними Пеняжков, Шавранцев, смутьянов, рассеянных по дорогам, умного Остророга, учёного Длугоша рядом с бездельниками, стремящимися к высшим должностям; Грегора из Санока, Рзешовского, рядом духовных лиц, недостойных ни имени, ни капелланского облачения.

Сама былая простота обычая, какую мы особенно запомнили в Литве и Мазовии, при наплыве чужеземцев и путешествующей в чужие страны молодёжи, которая привозила всё новые изобретения, одежду, привычки в города и особенно на двор, совсем канула в Лету.