Посылка для Консула

Когда ветер ослаб, взялись за весла и гребли еще в течение получаса, пока за очередным поворотом не показалась каменистая гряда, обрывающаяся отвесной кручей. Около нее был плес.

Стив указал на него:

– Здесь мы оставили лодки.

Высадились на берег, вытянули шлюпки из воды и пошли вдоль ручья по малоприметной тропинке, ведомые проводником. Обилие растительности впечатляло. Особенно густыми были заросли лиан. Они цеплялись за деревья усиками, присосками, перекидывались с ветки на ветку, с дерева на дерево, образуя местами непроходимую чащу.

Многие деревья были с шипами или колючками, но больше всего удивляли путников растущие прямо на стволах плоды. Обилие фруктов привлекало множество птиц, и они соперничали своей окраской с разнообразными цветами эпифитов.

Постепенно тропинка расширилась и вывела к речушке, которая перекатывалась с камня на камень. Стив Чейз поднял руку.

– Что там? – спросил Сюркуф.

– На той стороне начинаются владения даяков.

– До деревни далеко?

– Примерно полмили.

– Тогда не будем мешкать! Продолжаем движение. Ружья держать наготове.

Отряд начал спускаться к реке.

– Аборигены! – крикнул Воронцов, указывая на полуголую фигуру, облаченную в цветастый саронг[1], показавшуюся из зарослей на другом берегу, за ней еще и еще.

Матросы заняли позицию и ощетинились ружьями. Аборигены выстроились в несколько шеренг, в руках они сжимали копья и длинные духовые трубки, метающие отравленные стрелы – короткие, пропитанные ядом кобры палочки наподобие зубочисток.

Две противостоящие силы с изрядной долей любопытства изучали друг друга.

– Не поддать ли им жару, капитан? – нервно спросил Стив Чейз.

– Не вижу в этом смысла, – ответил Сюркуф. – Насколько мне известно, даяки по своей натуре неагрессивны.

– Тогда чего они пялятся?

– По всей видимости, им от нас что-то нужно. Проверим, – Робер поискал глазами канонира, который знал малайский язык, и, найдя, позвал с собой: – Пошли, Андре.

Капитан отдал свое ружье ближайшему матросу и вошел в реку, за ним шагнул канонир.

От шеренги даяков тут же отделился человек. Он потряс копьем в воздухе и громко крикнул:

– Ата туаку? – и воткнул его в землю.