Посылка для Консула

– Вы все были с Шутером? – спросил их Робер.

– Да, сэр.

Капитан оценивающим взглядом окинул пиратов.

– Ты! – указал он на крайнего. – Как зовут?

– Стив. Стив Чейз, сэр.

– Пойдешь со мной.

Покинув кубрик, Сюркуф вызвал с брига лейтенанта Мориса и велел ему принимать шлюп:

– Сформируй призовую команду и следуй за «Соколом».

Затем в сопровождении Семена и Чейза перешел на бриг. Спустя полчаса на «Соколе» начали ставить паруса.

Сюркуф шел по шканцам с жестяным рупором и отдал распоряжение:

– Выбрать якорь!

Боцман повторил команду, и завертелся толкаемый натруженными руками кабестан, накручивая на барабан якорный трос.

– Грот и фок поднять! Фок-стаксель ставить!

Матросы взобрались на реи, освободили подобранное полотно. Оно распустилось во всю длину и затрепетало под бризом. Выбрали шкоты – паруса натянулись, наполненные ветром. Бриг начал медленно набирать ход. В кильватер к нему пристраивался шлюп.

– Идем на восток, – сказал Робер рулевому.

"Соколу" и "Орлу" потребовалось около двух часов, чтобы достичь залива, указанного Шутером. Взгляду открылись песчаные пляжи, широкая дельта реки, за ними – зелень тропического леса.

Сюркуф направил бриг в устье. Он старался подвести корабль как можно ближе к берегу, чтобы в случае опасности прикрыть экспедиционную команду огнем корабельных пушек. "Орел" остался на рейде в двух кабельтовых от берега.

Бросили якорь. Спустили на воду шлюпки. Робер выбрал десять матросов, включая проводника.

Последовала негромкая команда:

– Весла на воду!

Скрипнули уключины, и шлюпки заскользили в сторону устья реки. Немного погодя поставили паруса – ветер благоприятствовал этому. Шли, стараясь держаться середины реки. Здесь поток воздуха был свежее, да и так было безопаснее. Внезапная атака из засады имела бы мало шансов на успех: ядовитые колючки, выпущенные из духовых трубок, не долетели бы, а стрелять прицельно из лука мешал густой кустарник.

Под парусами шли более часа. Лес то приближался вплотную к воде, то отступал от нее цветущими полянами. В траве то тут, то там мелькала местная живность. Без устали кричали птицы. Изредка, когда стена леса надвигалась глухим заслоном до самой кромки берега, из чащи доносились зловещие рыки, от которых мурашки шли по коже.