Записки ракетчика

Нет, конечно, после дежурства я ехал в «общагу», покупал несколько бутылок пива. А после принятия душа (в баню я ходить не любил) пил пиво и отсыпался до понедельника. Потом пара нарядов, через день, а там снова на дежурство. Отношения с офицерами батареи были отличные, хотя оставаться в армии я ещё не думал.

В начале лета я попросил командира батареи майора Глазачева Леонида Георгиевича ставить меня в наряд и на дежурство почаще. На август, планировался приезд Тани с Виталиком. Конечно, хотелось, чтобы в августе выходные были посвободнее.

В те годы, мы дежурили по неделе, с пятницы до пятницы. Конечно, месяц без дежурства, это невозможно. Но два дежурства в месяц, это нормально.

Недели, как правило, были похожи одна на другую. Один тренаж с ракетой, одно КЗ, через неделю ночное. Раз в месяц стрельбы. Солдаты из автомата, офицеры из пистолета.

Вот тогда я научился стрелять из автомата, но не полюбил пистолет. В понедельник и пятницу с утра два часа политзанятия.

В четверг регламент (обслуживание техники), в пятницу после политзанятий опять шли «на старт» (там мы называли боевую позицию, где располагались сооружения с техникой, хранилища компонентов топлива и ракет).

Осматривали технику, чистили и обустраивали сооружения, дороги. А после обеда развод дежурных сил и смена боевого дежурства. Потом подведение итогов за неделю в батарее, совещание офицеров полка в клубе и отъезд домой.

Все проверочные КЗ проходили по плану. Если приезжали проверяющие из дивизии или вышестоящих штабов, мы знали об этом заранее и «внезапность» составляла только несколько часов.

Так, как обычно, с политзанятий, и началась одна из пятниц. Я, как и некоторые офицеры, в общежитии дежурных сил писал конспект по марксистско-ленинской подготовке. Летом сидеть в душной комнате – не большое удовольствие. Но «бродить по территории» было нельзя. Политработники следили, чтобы во время политзанятий все сидели по классам. Не дай Бог, во время политзанятий тебя поймают на территории.

На комсомольском собрание, на совещании офицеров пропесочивали так, чтобы знал, как нарушать распорядок дня и не заниматься политподготовкой.

Около одиннадцати часов я вышел из общежития, вместе с другими офицерами «перекурил» в небольшой беседке со скамейками возле учебного корпуса и пошел к казарме. Мы, несколько офицеров, только вошли в казарму, как громко зазвонили все «тревожные» звонки и дневальные громко закричали «Батарея, к бою, занять боевые посты».