Анонимное общество любителей морских купаний

Играющие недовольно поглядели на очаровательную невесту графа и нехотя кивнули.

– Мадам, что стряслось? Вы видите, я играю?!

– Вы что, на Луне тут все?! – возмутилась Алиса. – Там в море – русалка!

– Это должно меня волновать? В этом княжестве нет закона, запрещающего русалкам находиться в море.

– Ты меня не слушаешь? Еще раз – там русалка, сверху женщина, снизу – рыба!

– Прекрасно. Это распространенный случай. Если бы снизу была птица, было бы куда более странно. Но все равно – русалок не бывает.

– Я видела ее, вот как сейчас тебя.

– Это чья-то дурацкая шутка! Если твоя, то вдвойне дурацкая. Я только начал по-настоящему играть. Сейчас выиграю пятьдесят тысяч.

– Я сама видела ее в море!

– Хорошо, ты видела ее в море, я тебе верю. В конце концов, почему в цирке уродов Барнума могла быть русалка, а в море нет? Насколько я помню, сам Барнум отлавливал их у островов Фиджи. Когда цирк Барнума выступал в Париже, я видел мумию этой твари. Мерзкое страшилище, похожее на обезьяну и тунца одновременно.

– Владимир, она была красива. Во всяком случае, в верхней части.

– Дорогая, оставим верхнюю часть красотки до после игры.

Алиса фыркнула и быстрым шагом направилась к выходу.

– Еще раз прошу извинить меня. – Тарло вернулся к столу. – Итак, господа, туз пик, король пик, дама пик, валет… ну и в довершение всего – десятка. С вашего позволения – роял-флэш. – Граф придвинул к себе лежащие в центре стола купюры.

К столу, ловко маневрируя между собравшимися, пробирался Андре.

– Что-то стряслось? – недовольно глядя на него, поинтересовался граф.

– Срочная депеша, ваше сиятельство!

– Прошу извинить, надеюсь, позже я вернусь к игре. Забери это. – Тарло указал камердинеру на деньги и, пробормотав себе под нос: «Что за день такой, право слово!», – направился к выходу.

Андре указал на дверь кабинета.

– Нам сюда.

Тарло пожал плечами. Судя по начищенной до блеска табличке, кабинет принадлежал главному распорядителю игорного дома.

– Прошу, ваше сиятельство. – Камердинер приоткрыл дверь. За массивным резным столом, подобно сфинксу возле пирамид, высилась Мари Ле Блан. Рядом в чиппендейловских креслах сидели баронесса и ее камеристка.