В Раю снег не идет. Исторический роман

Разговор с Мернептом следует вести твердо, без опасения за нашу жизнь.

Старейшины напоминали о разобщенности евреев, многие из них отошли от Бога и постыдно поклоняются египетским идолам.

– Вот поэтому мы должны показать фараону уверенность в нашей правоте, – настаивал Моисей, – твердость духа. Завтра это будет уже труднее, ибо Мернепта станем сильнее, а мы – слабее. Сегодня мы можем сравниться с египтянами в силе и числе, а завтра, при тех законах, которые издал новый властитель, – уже нет. Мы превратимся в жалких покорных рабов, которых и близко не подпустят к дворцу.

– Неужели ты думаешь, что силой можно чего – нибудь добиться от Мернепта? – колебались старейшины.

– Я не сомневаюсь, ибо так хочет наш Бог. Я буду говорить при первой встрече так, как заповедовал Он. Я скажу, что еврейский народ должен принести жертву Богу в праздник. И сделать это он должен отдельно от язычников, от египтян. А это можно совершить только в пустыне. Имея этот предлог, мы сможем покинуть Египет.

Старейшины продолжали сомневаться:

– Мернепта не глуп, чтобы поверить в эту сказку

– Возможно.

– Скорее всего он откажет!

– И пусть откажет, другого я не жду. Но мы должны с чего – то начать. И начать немедленно! Не забывайте, что нам помогает Бог. Он повелел мне вывести сынов Израиля из Египта, и я это сделаю, как бы трудно не было!

– А ты подумал, как нас пропустят к фараону?

– Пока не знаю. Утро покажет, какой знак нам подал Всевышний.

Ранним утром Моисей, Аарон и старейшины евреев отправились на прием к фараону.

Дворец Мернепта располагался на окраине столицы, и пока евреи шли к нему желтое египетское солнце огнем залило красную землю. Вдоль дороги теснились слепленные из глины и соломы хижины, в которой проживали кожевники, сборщики соломы и скотоводы. Узкие улочки между хижинами вились юркой блестящей змейкой, сливаясь вдали в одну широкую дорогу, ведущую к центру городу. Там пребывала в роскоши и благополучии египетская знать.

Моисей и суровые старейшины передвигались на верблюдах, медленно переступавших и мерно покачивающих удлиненными головами с крупными навыкате глазами.

Тягостные мысли обуревали старейшин. Они стали осознавать, в какое опасное дело ввязались, поддавшись, как малолетние дети, страстным словам Аарона.