Дело рук Сталина. Том 2

]

«Сам метод партийной чистки вдохновлял и порождал доносчиков, подхалимов и бессовестных карьеристов… Это вызывало – и во всё больших масштабах по мере того, как ухудшались условия – во-первых, раздувание действительных, хотя и мелких деталей из пошлого (вроде дальнего родства и знакомства с бывшими офицерами Белой армии), а затем просто выдумки или искажения действительности.»

«…На январском (1933) Пленуме было положено начало расправы со старыми ленинскими кадрами.»

«В течение последующих нескольких лет Сталин вырвал с корнем все остатки гуманизма.

«…При единоличной диктатуре всё зависит исключительно от воли одного человека. Бывали, конечно, сравнительно мягкие диктаторы. Но Сталин был не из их числа.»

«Первые шаги к террору нового типа, который охватил страну позднее, Сталин сделал как раз в ходе борьбы за победу в деревне.»

«На протяжении всей своей карьеры Сталин рассматривал это «удельное княжество» – ленинградскую организацию – как гнездо недовольства.

[Только подумать, что такое было написано именно иностранцем, откопавшим всё это в российских источниках. Уж при такой переработке не могло быть преувеличения, выдумок. Зачем?! И как можно было бы на это пойти?! – Авт.

«Это убийство можно с полным правом назвать преступлением века. В последующие четыре года сотни советских граждан, включая наиболее известных политических руководителей революции, были расстреляны, как непосредственно замешанные в убийстве Кирова; буквально миллионы других были уничтожены как соучастники некоего гигантского заговора, который якобы существовал за кулисами убийства Кирова. Фактически же смерть Кирова стала фундаментом всего исполинского здания террора и насилия – здания, выстроенного Сталиным для того, чтобы держать население СССР в абсолютном подчинении.

«Проблемы, стоявшие перед Сталиным в 1934 году, не давали возможности удовлетворительного для него политического решения. Но он видел один выход из положения. Выход был крайне необычный, но на этом примере ясно, что у Сталина не было никаких моральных или иных сдерживающих факторов.