Пленница черного дракона

Да, все дети отчего-то рождались неполноценными, некоторые и вовсе умирали еще не родившись, а если и появлялись на свет, то при родах убивали своих матерей, разрывая их на части, чтобы утолить звериный голод.

– Ладно, если рождение полноценного дитя условие объявления меня наследником престола, то я согласен жениться хоть на самой Шайнат! – хрипло выдавил Макс, проведя рукой по чешуе одного из малыша, получая в ответ острозубую улыбку, и легкое пламя из щелеобразного рта крошечного чудовища.

– Вот и хорошо, – довольно выдохнул Вендель.

 – С родителями девушки, правда придется договариваться самому. Я с радостью сделал бы это сам, но к сожалению, не могу отсвечивать в этом деле. Провернем все так, будто бы ты сам принял решение остепениться и женившись стать добропорядочным отцом семейства. После помолвки я напишу твоему деду, сообщив радостную весть… думаю, что сердце нашего старика дрогнет от мысли, что наконец-то у него родится достойный трона правнук.

Лорд Сэвидж склонив голову смиренно слушал речи отца, мысленно надеясь, что девица окажется скромной, тихой, покладистой что собака, и преданно будет смотреть ему в рот, ожидая приказаний, чтобы с радостью выполнить их.

Глава 1

Низкое хмурое небо над головой казалось было налито свинцом. Холодный, совсем неприветливый пронизывающий до костей ветер теребит тонкую ткань платья, заставляя ее сиротливо жаться к ногам. Обхватив себя за плечи, молодая, почти юная девушка стоя на балконе, едва сдерживая слез, взирает на горизонт.

– Как он мог? Как мог? – едва слышные слова слетают с ее розовых, пухлых губ.

– Элис, – чуть слышно шепчет няня, полная женщина средних лет, ступив в поток сильного ветра из уютной теплой комнаты. – Тебе следует уйти с балкона.

– Зачем? – дрожащим голосом вопрошает Элис, сильнее стискивая худенькие плечики заледеневшими пальцами.

– Ты можете заболеть, – отвечает няня, несколько удивленная таким вопросом.

– Кого это волнует, – еще тише пролепетала юная госпожа судорожно втягивая носом холодный воздух изо всех сил сдерживая подступавшие рыдания.

 – Кого это волнует.

– Как это кого? – возмутилась толстушка, вернувшись в комнату, она взяла толстую шерстяную шаль. – В первую очередь твоего родителя, и мачеху.

Ступив обратно в поток холодного воздуха, няня заботливо набросила шаль на плечи подопечной, затем нежно приобняла, силясь согреть.

Княжна откинула от бледного лица растрепавшиеся черные локоны.