Весы Правосудия Божиего. Книга первая

Он никогда не учился, кроме начальных классов еще при детском доме, а потом университет жизни, пройденный в аудиториях тюремных камер, интеллектуал и, скорее всего, на уровне генетики унаследованная от прадедов, его личность могла быть на столь высоком уровне, этот человек знал толк в философическом анализе, в развитии сатирической мысли, да, он порой удивлял своими выводами и умозаключениями, простыми как три копейки, а ведь все гениальное и есть попросту простым, не так ли?

Подошел день нотариуса, самодовольный адвокат аж так сиял от удовлетворенности работой, что ему удалось-таки проделать «непосильным» трудом.

Инне он доверял полностью, и она, конечно же, читала договора до него, ее подписи уже стояли на всех листах, пусть продает все, что хочет, а что ему оставалось делать.

После оформления бумаг его оставили поговорить с женой на пару минут одних.

– Адвокат говорит, что процесс всей этой белиберды займет до двух лет времени, мол, ускорить его просто невозможно.

Этот срок они тебя будут содержать в тюрьме, так что нам лучше все продать, и я поеду куплю какое-то жилье в городе. Бронька, наш сын этой осенью пойдет уже в школу, как я смогу его возить в эту даль, да и вообще…

Ферму поддерживать я так и так не смогу, да а без тебя там жить мне попросту страшно.

Теперь, пока суть да дело, ютимся у родителей, про нашу местную школу ты, может быть, еще и не знаешь, ее закрыли еще в прошлом году из-за недостатка численности учеников, так что теперь только в город.

– Да ладно, Инна, поступай так, как тебе покажется правильным, я остаюсь с вами лишь на фотографиях… а вы в моем сердце, прощай.

За ним уже пришли, но расставаться им еще никак не хотелось, Бронька вполне выразительно глянул на молодого конвоира, и тот, показав на пальцах, мол, еще пять минут, вышел за дверь помещения.

Они набросились друг на друга, и экстремальный половой акт был просто неизбежен, он поднял ее стройную ножку на стол, задрав юбку и отодвинув трусики, вошел в нее с готовым к эксплозии зарядом, скопленным за бесконечно долгую неделю. Обстановка кабинета следователя еще усугубляла возбуждение, и то, что в любой момент могли войти, их не останавливало, а, похоже, как раз наоборот, заводило еще, кажется, больше.