Весы Правосудия Божиего. Книга первая

Бронька лишь попытался открыть рот, чтобы оборвать монолог вора, как тот, не дав ему слова сказать, поднял палец к губам, мол, молчи, и не спеша продолжил начатую тему.

– Постой, твое время еще придет, у нас его много, успеешь натрещаться, а вообще-то, тут лучше молчать, чем разговаривать. Мне не говори ничего, ты просто не знаешь того, что твое место здесь найдется, только со временем.

Запомни то, что в экстремальной ситуации характер человека показывает себя очень скоро, так вот, тут даже и не пробуй играть театр, будь тем, кто ты есть, и если людям понравишься, то со временем они тебя, что вполне возможно, начнут даже уважать.

Просто, все равно как научиться считать до десяти и обратно, ты познакомишься с этим, другим миром, столько разных людей увидишь еще, их тысячи в центральной тюрьме и сотни тысяч на зонах.

– И неважно, что все они закрыты, там идет серьезное движение, иерархия контролирует сама себя, мы знаем все о каждом, ну, по крайней мере, о тех, кто заслуживает внимания, и чем выше по ступеням ты будешь идти, даже пусть и нехотя, но забираться наверх, тем больше о тебе будут интересоваться, а походу, и знать.

Бронька попросту молчал, ему нечего было сказать, да что он знал о жизни тут, за решетками.

– Да, да, ты здесь, и с этим надо смирится, то есть пытаться выжить, а то до сумасшествия недалеко, ведь стоит лишь подпустить к себе подругу депрессию, как незаметно затормозятся многие функции мозга, а там смотришь, в один день все станет безразлично, что есть прямая дорога в дурдом, ну или в петлю, что, наверно уж, все-таки проще.

А это и случается чаще всего со с виду сильными, как ты, но слишком эмоциональными чудаками. У тебя ведь творческая натура, я вижу, браток, вижу насквозь, ну просто как рентгеном, а знаешь, откуда сей дар, да сам не знаю. Поверь, о человеке можно многое рассказать не только с его внешнего вида, а даже не глядя на него, знающему стоит только послушать его голос, и тут же все становится ясно, с какой птицей дело имеешь.

Старый вор впрямь устрашал своими доводами, или, как знать, мудростью… что ли.

На самом-то деле он пристрелил одного из тех, кого тут наверняка знали, ведь Кирилл же пробыл в тюрьмах не один только срок за свою короткую, но своеобразно также выдающуюся жизнь, а значит, в любом случае у него должны быть друзья в этих местах…

«Вот так попал я», – Броньку аж передернуло нервным тиком.