Подводная конкиста

Целитель усмехнулся.

Заметил метания своего пациента, но в ответ промолчал. Чудь погодя поднялся медленно по-стариковски, пошуршал чем-то у каменной кладки, что служила примитивной печью, а затем принёс испанцу несколько тёплых румяных маисовых лепёшек. К ним прилагалась кашица из толчёного авокадо и томатля, – прародителя знакомого Эстебану помидора, – а ещё нарезка какой-то неведомой зелени и мутный напиток в пузатом глиняном сосуде.

От аппетитного аромата, что источала выпечка, и от вида дерзкой подгорелой с одного бока корочки живот Эстебана тут же отозвался громким урчанием.

– Ты голоден, двуногий человек, – лекарь разломил лепёшку и поделился с испанцем, – Окажи честь, раздели со мной эту скромную трапезу. До ужина ещё далеко, но у меня нашлось угощение для нашего чужеземного гостя.

Такого уж и чужеземного? Уж двести лет как ваша земля стала нашей…

Сам Ицамна не стал дожидаться, когда квартирмейстер соизволит отведать его стряпню.

Пожилой индеец ел руками, но делал это аккуратно, изящно и очень проворно. Почти аристократически.

– Благодарю тебя, целитель, за гостеприимство, – Альтамирано повторил за стариком нехитрые действия, хотя и управлялся с тонкой хрустящей лепёшкой менее ловко, – Ты сказал, что тебе неизвестно, как я попал сюда. Но ответь мне, здесь я – пленник?

– А ты видишь путы на своих руках? – сощурился старик.

– Нет, разумеется, нет – поспешил добавить Эстебан, – Тогда… Известно ли в какой стороне Рио-Лагартос? Или… любой крупный город, где, знаешь, – испанец обвёл рукой собственную физиономию, – Живут такие, как я.

Лицо целителя тут же утратило былую учтивость. В миг старик посерьёзнел и досадливо покачал головой.

– Ты действительно можешь покинуть наш славный Кулуакан, если пожелаешь, – сказал он, – Волен отправиться в другие города и поселения, но куда бы ты не пошёл, тебе не отыскать места, где живут такие же двуногие, как ты.

Старик не в себе? Почему зовёт меня двуногим, когда ровно такую же пару ног имеет он сам?

– Мы находимся более, чем в пяти тысячах легуа под водой, – заявил Ицамна, – Только Иш-Чель знает, как ты попал сюда, ибо более никто из тланчан не имеет представления, как человек смог оказаться так далеко от своих собратьев.