Трагедия Цусимы

После такого усилия он снова впал в забытье и пришел в себе уже после сдачи корабля. Узнав об этом, он пытается застрелиться, зная, что в плену он рискует жизнью как сбежавший с разоруженного корабля и принявший вновь участие в военных действиях. К счастью, доктор вырвал револьвер, а японцы, отлично осведомленные, знали о его назначении на «Боярин», но его перевод на «Диану» остался им неизвестен. Они были весьма удивлены, каким образом из Порт-Артура он попал на вторую эскадру.

Четыре месяца Владимир Иванович пролежал в японском госпитале, по возвращении же на родину он был отдан под суд по делу о сдаче японцам миноносца «Бедовый».

Суд его оправдал, но горькое чувство незаслуженной обиды осталось, и Владимир Иванович оставляет действительную службу и выходит в отставку.

Лечась на южном берегу Франции, он заканчивает свою знаменитую трилогию, давшую ему мировое имя среди морских писателей. Кроме того, его перу принадлежат еще следующие книги: «Адмирал С.О. Макаров», «Великое сражение Японского моря» (перевод с японского) и «Забытый путь из Европы в Сибирь», в которой описывается плавание Ледовитым океаном из Белого моря к сибирским берегам и развивается мысль, что этот забытый путь должен быть хорошо изучен и разработан, что даст возможность поддерживать сношения не только с берегами северной Сибири, но пользуясь многоводными реками, достигать ее внутренних центров, а также иметь прямой короткий путь в Тихий океан.

И мне кажется, что именно эта книга Владимира Ивановича и ее идеи побудили советское правительство заняться изысканиями и разработкой этого забытого морского пути, произведенными за эти последние годы.

В книге «Флот и Морское Ведомство до Цусимы и после», он, как знающий морской офицер и горячо любящий свою родину патриот, сравнивает все, что делалось и делается, приводит цифры и, рассматривая все мероприятия, приходит к грустному выводу, что уроки войны, стоившие стольких жертв, не используются и все не только продолжается по-старому, но даже идет еще хуже.

Действительно, до прихода на пост морского министра адмирала Григоровича (порт-артурца и бывшего командира «Цесаревича»), что произошло уже после смерти Владимира Ивановича, дело воссоздания флота вперед не двигалось.

Государственная Дума, не имея доверия к Морскому министерству, не отпускала необходимые для постройки кораблей кредиты. А на то, что имелось, строились корабли без заранее выработанного плана, по типу своему являвшиеся уже устаревшими (крейсера типа «Макаров»).