Расплата

Хороший человек, а несдобровать! Прямо скажу – жаль… А ничего не поделаешь! – хриплым басом заявил грузный (и уже изрядно нагрузившийся) торговый чин.

– Напрасно так полагаете! – отозвался с соседнего стола некий «титулярный». – Не так-то просто скушать! Документик[10 - Реальность существования сохранившегося у О. В. Старка рапорта с предложениями по повышению боеготовности эскадры, на котором осталась отрицательная резолюция Е. И. Алексеева, впоследствии подтвердили родственники адмирала.

– А ты молчал бы лучше! – резко оборвал его сосед-собутыльник. – Документ-то у Старка, а не у тебя! Смотри, дойдет до… куда следует, – от тебя только мокро останется…

«Титулярный» вдруг присмирел.

На другой день, 2 февраля, еще до подъема флага, я был уже на «Петропавловске». Печальная весть: «Боярин» погиб.

Приходилось искать место куда бы пристроиться. По моему служебному возрасту это было не так-то просто. Помогли старые друзья по эскадре, место нашлось чисто случайно. Опасно заболел и подал рапорт о списании командир миноносца «Решительный», лейтенант К.[11 - «Лейтенант К.» – лейтенант А. А. Корнильев.] Для назначения меня на эту вакансию требовалась канцелярская процедура, которая обычным порядком заняла бы дня три, но тут ее обделали в несколько часов: по докладе начальнику эскадры его штаб должен был запросить штаб наместника, не встречается ли препятствий к моему назначению; штаб наместника, по докладе его высокопревосходительству, должен был ответить, и в случае благоприятного ответа, доложенного начальнику эскадры, этот последний мог отдать приказ о временном моем назначении, которое получало формальную санкцию после утверждения его приказом самого наместника.

Дело оборудовали блестяще.

– Ну, братец, теперь дело в шляпе! – говорил старый товарищ, у которого я поселился, – вечером выйдет приказ по эскадре, а о приказе наместника не заботься: он в эти мелкие перемещения не входит. Это предоставлено Вильгельму Карловичу[12 - Контр-адмирал Витгефт – начальник морского штаба наместника. – Примеч. авт.], а он ответил – «препятствий нет».