Утонуть в крови. Вся трилогия о Батыевом нашествии

Весь прочий люд вырезают до последнего человека. В становищах татарских пленников полным-полно, они скот пасут и помогают по хозяйству женам мунгалов. У сего народа жены и дети вместе с войском двигаются. Вот почему у татар так много повозок.

Тебя и меня пленили воины темника Дегая, который является нойоном хана Бури. Говоря по-нашему, Дегай – это боярин, а Бури – князь. А Бату-хан – это великий князь. Ведь он стоит над всеми татарскими ханами и нойонами. Уразумел?

Моисей кивнул и тут же спросил:

– Темник это кто?

– Военачальник над десятью тысячами воинов, – пояснил Яков.

 – Такой отряд по-татарски называется тумен. Однако в туменах у татар немало воинов из других племен, покоренных ими. Кого там токмо нет! Я о таких племенах и не слыхивал! Они хоть и узкоглазые тоже, но разговаривают не по-татарски и половецкого языка не разумеют.

Беседу Якова и Моисея прервал татарский воин, который принес им еду.

– Это что? – спросил Моисей, глядя на белые комочки, насыпанные горкой в деревянном корытце.

– Сушеный творог, – сказал Яков, видимо уже привыкший к такой пище в плену, так как он сразу же принялся набивать себе рот.

Проголодавшемуся Моисею кушанье мунгалов показалось очень вкусным, хотя и пресным. Насытившись, Моисей прилег отдохнуть и не заметил, как заснул.

* * *

Моисей проспал беспробудно остаток дня и всю ночь. Он, наверно, спал бы и дальше, если бы его не разбудил рыжеволосый толмач, поведавший ему, что на него желает посмотреть великий чингизид Бури.

– Ступай с Богом, младень, – напутствовал Яков Моисея.

 – Главное, не теряй головы. Да раболепствуй побольше, нехристи это любят!

Моисей выбрался из темной юрты и невольно зажмурился от яркого солнца и ослепительно-белого снега.

Сопровождаемый толмачом и тремя татарскими воинами, Моисей прошел через весь стан к огромной белой юрте, возле которой стояло на привязи два десятка оседланных разномастных лошадей. У входа в юрту стояло несколько мунгалов в железных панцирях и шлемах, с саблями и короткими копьями.

Рыжий толмач что-то долго объяснял начальнику стражи, широкоплечему татарину в блестящих доспехах, со шрамом через все лицо. Из-за шрама казалось, что узкие глаза начальника стражи расположены не на одном уровне и глядят как будто в разные стороны.

Слушая, что говорит ему толмач, татарин со шрамом свирепо зыркал на Моисея, хмуря густые черные брови. Наконец он повелел одному из своих воинов оповестить хана, что к нему привели пленника.