Риза Господня

Он встал, собрал лежащие на полу свитки с отчетами Ахмеда и положил их в большой деревянный сундук. Затем двинулся к двери, расправляя халат и поправляя кинжал на поясе. Сделал несколько легких движений обеими ладонями по лицу, окончательно избавляясь от сна.

Только после этого посол приоткрыл дверь, но ровно настолько, чтобы в нее могла протиснуться голова Ахмеда, и возвратился в центр комнаты, где опустился в кресло, в котором недавно крепко спал.

Спустя еще минуту он увидел, как в узком проеме двери появилась голова Ахмеда, и тот еще более тихим и заискивающим голосом повторил свой вопрос.

Все его поведение показывало, что он вновь не выполнил приказ Урусамбека, не справился с заданием, не разыскал казака Ивана Кривцова и готов со смирением принять от Великого посла любое наказание.

Последовавшие за этим события уже в который раз убедили Грузинца, что иранский Властитель не ошибся в выборе своего соглядатая в Москве.

Урусамбек сделал уже знакомое Ахмеду движение глазами, которое означало, что тот может войти в комнату и не дожидаясь дополнительного разрешения сообщить все, что считает нужным.

– Не гневайся на меня, Великий посол, что не смог выполнить твой приказ, – на этот раз более твердым и энергичным голосом заговорил Ахмед. – Видит аллах, это теперь не в моей власти. Казака, который с твоим посольством прибыл в Москву, обвинили в измене и бросили в темницу. Поговаривают, что вина его в том, что в плен он к туркам по слабости своей воинской попал. Да, вдобавок, обвиняют также в том, что вам, Великий посол, служить согласился.

– И как же тебе удалось эти сведения добыть? – резко перебил Ахмеда недовольный новостями Урусамбек. – Сам-то ты, что ли в темнице был?

Ахмед, почувствовав заинтересованность вельможи, и поняв, что настал момент продемонстрировать послу шаха свой талант верного слуги и разведчика, не моргнув глазом, и уже совсем уверенно выпалил:

– Я, Великий посол, немало за эти два дня людишек-то московских подкупил, кого медовухой, кого подарком, кого и золотой монетой пришлось одарить.

И таки выведал, что нет его, казачка-то вашего, в Москве. А так как, покинуть ее без встречи с вами он бы не осмелился, то выбор у него небольшой – или в острог угодил или, того хуже, среди убитых или замерзших оказался. Дальше мне разузнать, куда он подевался, было несложно. У приказного человека я разведал, что за последние дни схвачены за разные провинности человек двадцать, да среди них ваш казачок оказался.