Мой друг Сибирцев

Командир – пожилой, неразговорчивый мужик, похоже, из бывших партизан – сразу выслал вдоль тракта дозоры и ехал рядом с санями Михеева и Сибирцева, зорко поглядывая по сторонам. Он ни о чем не расспрашивал, ничем не интересовался, сказал только, что ждут их прибывшие из Читы товарищи и надо поспешать. Легко сказать. Кони-то еле тянули, дорого им обошлась дорога. Однако к темноте поспели в город.

Быстро проскочили заснеженными улочками, въехали во двор уездного комитета. Добровольцев отправили в казарму, что размещалась в двухэтажном доме, напротив укома, через дорогу.

У ворот выставили охрану.

Это был отряд моряков байкальской флотилии – веселые, разбитные парни, все в широких клешах и просторных тулупах поверх форменок. Внесли четыре снарядных ящика в пустой кабинет председателя.

Жилина, протестующего и упрямого, отдали на попечение врача, который сразу и принялся за него.

Двое читинцев были знакомы Михееву. Здороваясь с Сибирцевым, тот, что постарше, представился Филимоновым. Молодой – Васильевым.

Встретили тепло, с интересом поглядывали на чекистов. Михеев вскрыл пакет, доставленный из Читы, прочитал бумагу, молча протянул ее Сибирцеву.

– Взгляни-ка. Что скажешь? Кажется, хороший подарок сделаем Петру Михайловичу.

– Кому?

– Никифорову. Премьеру нашему. Прямо-таки как в сказке: золотое яичко к светлому празднику.

Сибирцев взял бумагу, стал читать.

Предписывалось срочно доставить специальный груз в Читу и передать в распоряжение правительства ДВР. Всякая задержка исключалась.

В конце объявлялась благодарность Военно-Революционного комитета группе, выполнившей особое задание. И все. Никаких фамилий. Ничего лишнего.

– А в яичке-то – два десятка пудов, – задумчиво произнес Сибирцев. – По нынешним временам тут, понимаешь, что ни ожерелье, то – батальон. Обут, одет, накормлен, вооружен. М-да, отольются еще атаманам золотые слезки… – Он задумался, складывая бумагу. – Благодарность – это приятно. А дело пока не закончено… Дорога-то как? – спросил он у читинцев.

– Похвалиться особо нечем, – отозвался Филимонов, старший. – Есть случаи: чистят поезда. Семеновцы из-за кордона. Банды всякие… Раз на раз не приходится, конечно.

– А другой путь?

– Другого, к сожалению, нет, – вздохнул Васильев. – И бронепоезда нет. И охрана невелика: отряд байкальцев. Народ, правда, проверенный – коммунисты и комсомольцы. Вот и ломаем голову.

– И задание экстренное, – добавил Филимонов.

– Жилина, что ли, спросить? – усмехнулся Михеев.