Обжигающие оковы любви

Снежинки, кружившиеся в воздухе, медленно оседали на моих губах и таяли, едва прикоснувшись к разгорячённой коже.

– Простите, господин, – испуганно проговорила я, судорожно натягивая капюшон.

– Осторожней, девочка, – карие глаза с интересом оглядывали меня.

– Дозвольте пройти, я тороплюсь, – попросила я, тревожно оглядываясь по сторонам. Невдалеке стояла леди Мэрэа, и выражение ее лица не сулило мне ничего хорошего.

– Надеюсь, мы еще увидимся.

Насмешливый голос потонул в порыве метели, подгонявшей меня в спину.

Я подобрала юбки и стремглав побежала в сторону замка, а вечером за ужином бывшая хозяйка крепости объявила, что мой поступок не остался незамеченным, и я сама, того не ведая, привлекла внимание королевского советника.

– Отправишься в его комнаты, – заявила она мне, злорадно улыбаясь.

– Вы не посмеете!

Казалось, мой мир рухнул, я недоверчиво взглянула на вдову своего отца, пытаясь разглядеть в ее потухших глазах тень улыбки, но нет, миледи была серьезна.

– А ты думала, я так и буду дальше тебя кормить задаром? – выпалила она, брызжа слюной, захлебываясь в собственной злобе.

Наконец ей представилась возможность отомстить. Как же долго Мэрэа ждала этого момента.

– Но я не служанка, я леди, – прошептала я.

– Ты ублюдок! Бастард, не имевший права на жизнь, ты хуже обычной горничной, ты пустое место!

– Не пойду, – решительно покачала я головой, сделав шаг назад.

– Это приказ нового хозяина, – голос леди Мэрэа понизился до свистящего шепота. – Ты же не хочешь, чтобы Валэри ссорилась с мужем из-за тебя.

Начинать брак с конфликта опасно. Да он, не раздумывая, поставит мою бедную девочку на место и будет всю жизнь ноги вытирать. Ты этого хочешь?

Миледи ухватила мое запястье, вонзая длинные ногти в нежную кожу.

– Проведешь ночь с советником короля, а утром я помогу тебе покинуть замок, – проговорила она. – У тебя здесь больше нет защиты и нет будущего, не подставляй мою дочь под удар. Если ты хоть немного любишь Валэри, ты угодишь лорду Хантеру.

– Я могу покинуть замок сейчас, – прошептала я, чувствуя, как в груди разливается горечь разочарования и страха.

– И куда ты направишься без денег? – усмехнулась леди. – Олвер не оставил тебе ничего, видно понял к старости, что ты ему никто, возможно даже мой бедовый муж и не был твоим отцом. Наймешься горничной и будешь ложиться под господ? У тебя никого нет.

Я опустила голову, пытаясь спрятать лицо, по которому текли слезы, не хочу показывать ей свою слабость.