Магометрия. Книга 2. ДНК Творца

ДНК Творца

Надежда Николаевна Мамаева

Магометрия #2

Приличным невестам полагается после свадьбы жить с супругом в согласии долго и счастливо. Неприличным – сбегать из-под венца. Светлане же, едва отзвучали слова брачной клятвы, пришлось спасать мужа из инквизиторских застенков. Когда друзья – враги, а противник готов подставить плечо в трудную минуту, стирается граница между правдой и ложью, а ответ на вопрос: «Кто виноват?» – хранит глубь веков. Спасая любимого от смертного приговора, юной чародейке предстоит прогуляться по еретическому костру времен Возрождения, в эпоху галантного века умыкнуть венецианского дожа, а в век двадцать первый – угнать осла.

Надежда Мамаева

ДНК Творца

© Н. Мамаева, 2017

© ООО «Издательство АСТ», 2017

* * *

Автор сердечно благодарит:

Светлану – за внимание к деталям,

Максима – за терпение и присутствие

и дорогих читателей – за поддержку.

Пролог

Рим, 1584 г.

– Сей отступник, поправший заветы Священного Писания, обвиняется в ереси, поклонении Сатане и приспешникам его, чернокнижии и наведении мора, – речь обвинителя звучала размеренно и торжественно.

Худой парнишка, привязанный к столбу, стоял, опустив голову. Колтуны в его грязных, неровно обстриженных волосах, разбитые губы, тощее голое плечо, видневшееся в разорванном вороте рубахи, – облик был красноречивее любых слов.

«И этого почти ребенка светский суд Рима признал одним из опаснейших поборников Люцифера?» – Я невольно подивилась богатству воображения святош.

Меж тем обвинитель в красной сутане продолжал:

– И приговаривается к смертной казни через сожжение.

Палач подошел с факелом к сложенным у ног парнишки вязанкам хвороста. Больше медлить было нельзя. Я собиралась нарушить самое главное правило всех чародеев: невмешательство в жизнь обычных смертных, но иного выбора у меня просто не было.

Длинные рукава бесформенной серой хламиды, капюшон, опущенный на лицо, – такая же, как и тысячи пришедших сегодня на площадь.

Сняла пистолет с предохранителя и, вскинув руку, выстрелила, целясь в красносутанника, а потом и в стражников с арбалетами.

Поборник слова Божьего упал как подкошенный, и тут началась она – паника. Народ, до этого алчущий зрелища мучений парнишки, ринулся прочь с площади.