Суровый дегустатор

Из объемной фляги пластмассовой, что колдовски булькала в кладовой боцмана. Собираясь на швартовку, неизменно в кладовку эту меня боцман залучал: «По шампанскому – пару кружечек!». И тогда выброска (это вроде длинной веревки бельевой с резиновой грушей – легкостью – на конце), удало швыряемая мною, долетала до другого судна со свистом: где еще и покуражиться молодцу?!

Однако, нашлись на судне люди – не мне чета, – что верными последователями учения быть пожелали!.

– Слушай, Вань, а ты нас можешь немножко подучить?

Это сварщик с токарем сообразили, как энергию с пользой задействовать…

– Какие вопросы, мои друзья? – еще большим блеском загорелись глаза воодушевленного повара. – Приходите вечером ко мне в каюту!

– Вань, а ты картошечки жареной не организуешь?

– Да, какие проблемны?! Приходите!..

В общем, направили они энергию шефа в нужное русло. Неделю, верно, под хруст уминаемой картошки жареной, преданно взирали двое прощелыг в одухотворенные глаза своего гуру, пока тот не смекнул, наконец, в чем дело…

– Больше ничего у меня здесь сверх не получите! – гремел из окошечка камбузной амбразуры теперь на нерадивых учеников Ваня (он вообще не стеснялся голос до громового по случаю повышать).

2

… Энергия не исчезает.

Кто бы мне скажи – все равно бы не поверил, что стану и я когда-то коком судовым. Выищу – таки под старость теплое местечко!.. Хоть, работы-то и на камбузе с лихвой хватает – только, что не короба таскать… И что дернет меня черт с родного своего рыболовного флота однажды на «торгаши» кости бросить…

Было обычное серое утро. На сегодня намечалась, по совмещенной моей здесь специальности «матрос – кок», дневная работенка. Какая-никакая, но беда в том, что упырь боцман, исподтишка несший на меня напраслину, словно выжидал для неё момент, когда у меня на плите и первое подходило – не бросишь, и второе затевалось в самом разгаре… Так что, в такие дни приходилось вставать пораньше и успевать приготовить обед до начала рабочего дня.

Не сказать, что меню в этот день себе я определил простенькое до примитива: обычные, своей чередой, блюда.