Русский сын короля Кальмана

И так уже полно голодных, – проговорил он, показывая глазами на стоящих неподалеку от их шатра троих обозников, которые благоговейно следили за паром, исходящим от похлебки.

– Они хотят подкормиться запахом нашей пищи, – отметил Борис.

– А ну, пошли прочь! – крикнул шут на крестьян, а когда те исчезли, сказал печально: – А на побережье мы попадем в зависимость от милостей греков и армян. Если же они не пожелают помогать нам, то доблестным воинам Христа придется поедать друг друга.

Подкрепившись, они отдали остатки пищи вознице.

– К мессиру Конраду гость пожаловал.

Повернув голову, Борис увидел де Шатильона. На красивом лице Рено было безмятежное выражение.

– Этому щелкоперу все нипочем, – проворчал Лупо.

– Приветствую тебя, рыцарь Конрад! – воскликнул де Шатильон.

– Здравствуй, Рено, – ответил Борис.

Устроившись на камне, Рено затрещал, как сорока:

– Я пришел поблагодарить тебя за помощь в бою.

Лупо откровенно морщился, слушая словоохотливого юнца, Борис же не спускал глаз с блестевшего на руке де Шатильона перстня. Заметив это, Рено припомнил, как он, будучи в стельку пьяным, залез по ошибке в чей-то шатер, а когда протрезвел, обнаружил у себя золотой перстень.

«Дьявол и преисподняя! Неужели я взял перстень у рыцаря Конрада?»

– Мессир Конрад интересуется этой вещицей? – заискивающе спросил де Шатильон.

Борис молча кивнул.

Оглядевшись по сторонам, Рено сказал:

– Честно говоря, я нашел этот перстень, но говорю всем, что это моя военная добыча.

Лупо язвительно спросил:

– Не укажет ли благородный рыцарь де Шатильон место, где валяются драгоценности?

– Отойди, Лупошка! – велел Борис. – Дай нам поговорить наедине.

Оставшись вдвоем с Рено, он сообщил:

– Этот перстень потерял я.

Де Шатильон пожал плечами.

– Я, конечно, верю благородному рыцарю…

– Этот перстень подарил мне киевский князь Мстислав, а надпись на нем гласит: «Помоги, Господи, рабу Своему Борису».

– Борису? – удивился Рено.

– Так меня звали в Киеве.

– А-а-а! – протянул де Шатильон.

– Князь Андрей подтвердил бы мои слова, но к сожалению он покинул войско вместе с королем Конрадом и его племянником Фридрихом.

– Князь Андрей? – напряг память Рено.