Русский сын короля Кальмана

Прощаясь с Борисом, князь сказал ему:

– Помни, что, коли у тебя с царем Мануилом ничего не выйдет и не будет иных поборников, ты всегда найдешь приют у меня.

– Спасибо на добром слове, – поблагодарил Борис.

Они разъехались каждый в свою сторону: один отправился в столицу Византийской империи, другой – к Святой земле.

Отпраздновав на берегу реки Каистр Рождество, французские крестоносцы продолжили свой путь. Больших боев пока не было, случались лишь мелкие стычки. Турки нападали небольшими отрядами и, нанеся мелкий урон, тут же скрывались в горах.

Гораздо опаснее конников были сидящие в засаде лучники, из-за которых король велел всем дамам надеть шлемы и длинные кольчуги.

Первое серьезное столкновение крестоносцев с врагом произошло у реки Меандр, где турки заняли равнину и окрестные горы, а главный их отряд защищал переправу. И все же войско магометан было меньше христианского.

Борис, Векша и Угрин находились в передних атакующих рядах, и когда был дан сигнал к наступлению, они бросились вперед.

Тут же навстречу им полетели стрелы, одна из которых пронзила Матвея. Угрин взмахнул руками и упал с коня.

– Матюша! – воскликнул Векша.

Матвей лежал в неестественной позе, весь залитый кровью, а из его левого глаза торчала стрела.

– Упокой его, Боже, – прошептал Борис.

А стрелы продолжали сыпаться. Среди крестоносцев случилось замешательство, многие из них стали занимать оборонительную позицию, и только тамплиеры во главе с магистром де Баром продолжали скакать к бурлящей реке.

– Рассчитаюсь с погаными за Угрина, прими Господь его душу! – со злостью воскликнул Борис и поскакал за тамплиерами.

Многие рыцари последовали его примеру, увлекая за собой остальных. Рено де Шатильон стремительно обогнал вначале Бориса, затем тамплиеров и первый набросился на неприятеля.

Началась схватка. Крестоносцы теснили турок к реке, а те отчаянно сопротивлялись. И все-таки численное превосходство христиан не замедлило сказаться на ходе битвы. Продержавшись около получаса, турки дрогнули, а поскольку отступать в боевом порядке мешала река, то началось беспорядочное бегство.

Турецких воинов, пытавшихся спастись вплавь, уносил быстрый поток, остальных убивали крестоносцы.

Вскоре по обоим берегам Меандра валялись трупы, а среди них разъезжали довольные рыцари. Успех в первом большом бою вселила во французов уверенность в то, что их ждут одни победы.

А Борис и Векша хоронили Угрина, упокоившегося под грудой камней в небольшом овраге.