Фатум. Том шестой. Форт Росс

Мексиканцу мучительно захотелось крикнуть во весь голос, чтобы спастись от гнетущей тишины…

– Тс-с! – Сальварес бесшумно взвел украшенный сложной вязью курок, и тут же услышал задыхающийся приглушенный сип:

– Что это, команданте? Зачем мы здесь? Господи, что там такое?

– Пока не знаю, но готовься к худшему.

* * *

Лошади вновь захрапели, дергая черным бархатом раздутых ноздрей. По лоснящимся крупам пробегала мелкая частая дрожь, с ощеренных пастей срывалась пена. Что-то явно пугало их, но что?.

. Капрал последовал примеру лейтенанта, сухо клацнув курком кавалерийского штуцера, ощутив при этом, как взмокли его подмышки. Он мельком глянул на небо: оно было темным, как жерло подземной реки, а висевшая спелой оранжевой тыквой над ними луна почернела.

– Силы Небесные! Дьяволова нога,– Вентуро дернул оцепеневшим плечом, когда услышал далекий, зовущий в потусторонние пределы леденящий кровь звук рога.

– Это… ОН, ваша светлость… О Madre Dios! Всемогущий Господь да изгонит тебя обратно в ад! – капрал по-давился рвотной массой ругательств и молитвенных строк, хлынувших из его пересохшей глотки.

Они скорее почуяли, чем узрели, как из-за дальних камней, где таяла в темноте черная зелень кустов, в мерт-венном лунном блике скользнула тень, за ней другая, третья… Вентуро забыл про ружье, бросился ничком на землю; язык отнялся, шею окольцевал могильный холод.

– Хватит целовать землю. Останешься здесь,– тихо, но твердо послышался голос де Аргуэлло.

– Жди меня до утра и сбереги лошадей. Вы поняли приказ, капрал?

Мексиканец в испуге таращился на дона Сальвареса, отказываясь понимать его действия, не в состоянии даже кивнуть головой. Загребая мысами сапог траву, он насилу поднялся и на негнущихся ногах проводил командира до лошадей.

– Господь пастырь мой, он безумец! – хрипло слетело с посеревших губ, когда стройная широкоплечая фигура драгуна растворилась в черном пологе ночи.

Вентуро беспомощно метнулся к лошадям, затем к оставленному штуцеру, дважды наступив на свою шляпу. Его сердце и мозг впервые в полную силу почувствовали горький бездомный страх. «Зачем мы здесь, зачем?!»

Сжимая в сырых пальцах ружье, пригибаясь к земле, он диковато оглядывался.

Рассыпанные кругом валуны и камни напоминали в лунном свете обломки обомшелых руин; вокруг царила магическая, какая-то особенная непроницаемая тишь.