Вопль археоптерикса

Охрана, которая с ними приехала, вокруг грузовиков расположилась, морды серьезные. Ну, это понятно, части не боевые, сторожа, да и только. А вот штатский – ни с одними, ни с другими.

– Дело ясное, что дело темное, – сказал Алексей.

Мы с ним, не сговариваясь, закурили, нам сговариваться не надо, почти год как вместе летаем, и в задумчивом молчании двинулись в расположение собственной землянки.

Чую, что и приезжий движется за нами, мнется и хочет что-то сказать. Но не буду же я спрашивать «чего желаете, уважаемый».

Идем дальше.

– Товарищ капитан, извините, – окликнул человек рассеянный, и голос такой мягкий, будто шляпа эта его фетровая, – до наступления темноты хорошо бы машины разгрузить.

Я про себя чертыхнулся, весь день мечтал, как бы мне два грузовика, на ночь глядя, разгрузить.

– Есть, товарищ начальник, до наступления темноты, – отрапортовал я, развернувшись и вытянувшись по уставу.

– Ну что вы, в самом деле, не надо так официально. Я – Прохор. Прохоров Прохор Алексеевич, – сконфуженно потер он ладонью подбородок, – мне бы еще побриться где-нибудь и вообще привести себя в порядок.

Устал с дороги, двое суток ехали, а теперь ни слова не сказали, где мне разместиться можно.

– Добро, – махнул я рукой в сторону березок, на палатки хозчасти, – насчет разгрузки это к зампотылу, вон тот майор, в теньке своих солдат воспитывает. Побриться – рукомойники за домиком начсостава. И вообще все вопросы к зампотылу.

Приезжий снял очки и принялся их протирать. Светлые глаза близоруко щурились.

Был парень моего роста, худой, да и лет ему, похоже, как мне, и чуть больше, чем Алешке. Может, двадцать семь – двадцать восемь, не старше. А лицо выглядело таким уставшим, будто он не в машине перемещался, а вслед за ней пешком эти два дня шел.

Посмотрел я на него, и неудобно стало. Что он понимает в нашей жизни? Боевой экипаж о разгрузке спрашивает. Оглянулся на Алексея, вижу, ему тоже этого Прохора Прохорова вроде как жалко. Ладно, перегнул я:

– Подойдите к тому майору, а будут трудности, поможем.

Вон, угол нашей землянки торчит, заходите. Про ужин не знаю, наверное, с кем приехали, с теми и довольствие получите. Не удастся, – тушенку, чай и галеты найдем, голодным не оставим.

Глава 2. Секретное задание

На штатского посмотрели, поговорили, да и отправились к себе, в землянку, чтобы поспать перед ужином, пока никто не трогает. Навстречу пронеслась Соня из медпункта. Софья Павловна, новенькая.